Кукла Самуся

Ник смотрел на сына, находя в этом успокоение. Теплый летний вечер благоухал спелыми яблоками, свежескошенной травой, дымом костра и шашлыками, но на душе у Ника было скверно. Долгожданного облегчения от правды, которая наконец-то вскрылась, он не чувствовал, порвалась еще одна нить, которая связывала его с прошлым. После последнего появления в сосновом лесу Лиза больше не показывалась, но странная тяжесть сковывала ему грудь в томительном ожидании. Он знал, что она появится. И он не ошибся.

Лиза возникла совершенно неожиданно, но он не сразу понял, что это она. Он смотрел на сына, но думал о своем, а поэтому не заметил, что Платон убежал к отцу, а рядом с Богданчиком сидит кто-то другой. Лиза гладила сына по волосам, лицо ее было грустным и бледным. Ник замер. Она никогда раньше не появлялась в присутствии сына, исчезала сразу, стоило Богданчику забежать в комнату.

Ник тяжело сглотнул, не сводя с нее взгляда. Теперь он знал все, но…

— Он вырос… — грустно сказала Лиза, поднимая к нему лицо.

— Уходи… — прошептал он одними губами, чтобы не напугать сына.

Она кивнула и встала.

— Я так его люблю… — сказала она. — Но мы не закончили…

— Что?

— Наш разговор. Помнишь?

Ник нахмурился. Слабая догадка забрезжила в мозгу.

— Разговор?

— Не спорь больше, — Лиза посуровела. — Сделай, как я хочу, и я уйду.

Он выдохнул. Их последний разговор в тот роковой день был о будущем Богданчика. Лиза хотела для него частную дорогую школу, репетиторов, языковой лагерь, расписала его время по минутам, ни секунды не оставляя свободной, а Ник сопротивлялся, потому что не видел смысла лишать сына нормального детства.

— Германия, — снова выдала Лиза.

— Да, я понял.

Лиза злилась, поджала губы.

— Опять ты за свое!..

— У него будет счастливое детство, — твердо сказал Ник.

— Пап? — Богданчик услышал последнюю фразу и поднял голову от настолки, которую раскладывал для приятеля.

— Богдан, ты хочешь в Германию?

— Когда?

— Ты хочешь переехать в Германию?

— Нет. Ты чего, пап? А как же Светлана Сергеевна? А Бодя и дядя Сергей? И мои друзья?

Ник с вызовом посмотрел на Лизу, та была в ярости. Глаза превратились в черные провалы, из которых струилась смерть.

— Твоя мама очень хотела, чтобы ты туда поехал, — он не отводил взгляда.

Лиза топнула ногой и смела со стола игровое поле с фишками. Со стороны казалось, что налетел внезапный порыв ветра и разметал все. Богданчик удивленно пожал плечами и полез под стол собирать разбросанное.

— И ты поедешь, — добавил Ник тише. — Учиться. После школы. Это мое последнее слово. А дальше… дальше сам решишь, где тебе лучше.

Лиза подошла ближе и поднесла крепко сжатый кулак к его лицу. Повеяло могильным холодом.

— У моего сына должно быть все самое лучшее, ты понял?

Ник кивнул.

— Будет, не сомневайся.

Ее лицо немного смягчилось, она оглянулась на Богданчика.