На линии
- Автор: Пьянков Игорь Георгиевич
- Год: 1989
- Язык: русский
- Год: Современник
- ISBN: 5-270-00508-5
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «На линии». Краткое содержание книги:
Таковы и герои романа «На линии», написанного интересно, с привлечением обширного исторического материала.
— Насчет жары будьте спокойны. Это лето знойно, а зимой колотун! — пообещал Епанешников.
— Все одно, старик, свой морозец ближе к коже, — мягко ответил Чигвинцев.
Несмотря ни на что, красноуфимцы продолжали считать прибытие на Илек походом и располагали, отслужив кордонную службу, вернуться домой. «Обойдется», — мыслил каждый из них.
Минуя солдатские казармы, обогнув строящуюся церковь, прибывшие увидели поджидающее их начальство. «Обойдется», — продолжали думать они. Здесь же, подле горкой складенного кирпича, расположилось с десяток бухарцев.
— Тьфу, рожи! — выругался казак, что, слезая с коня, заскочил ногой на расстеленный ковер, чем вызвал брань, ни одного слова которой было не понять, а значит, и не было возможности ответить.
Многие казаки скашивали глаза с начальства на верблюдов, которых впервые увидели здесь.
— Время подоспеет, ордынцев тут — что ромашек на лугу. К осени, когда скотина нагуляет, рассядутся, занавозят — дыхнуть за версту бежи. Будто сквозняком их надувает. Эти годы они крохи нам сметают, запаршивело у них чего-то, а прежде, особенно стариков послушать, тьмущую ораву пригоняли, хоть всю кавалерию на киргизских лошадок сажай. А в самую нужду, когда, стало быть, за французом скакать нужда пришла — у них шиш! Теперьча оклемались: стоящее на Меновой, под Оренбург, гонят, а тут-то победнее спускают, кому недосуг и послать некого.
— Сам-то, поди, не с армейского котла харчишься? Поди, женка картошку с бараниной тушит? — огрызнулись на него красноуфимцы.
— Ваша правда… — Епанешникову стало грустно. Он никак не ожидал, что разговор выведет его на больную стезю. — Ну, казаки, довел я вас, а теперь прощайте.
Но уйти Епанешников не ушел. Встал в отдальке, осмотрелся.
Полагая, что их не ждут, красноуфимцы ошибались. На запечатанном солдатскими сапогами плацу и в двух перехлестах улочек занимались шагистикой гарнизонные солдаты. Случайно их ружья были заряжены, а капралы больше поглядывали на кучку офицеров возле комендантского дома и приближающихся казаков, чем марширующих. Солдаты понимали, что сегодня вывели их не носок тянуть.
— С прибытием, господа казаки! — вставая на ступеньку повыше, приветствовал останавливающихся красноуфимцев остроносый есаул. — Тяжело прощаться с родным домом, тяжелее оставить мать с отцом на зарастающем бурьяном погосте… Тяжелый камень принимаете на душу, но… Но такова уж наша казачья доля! И я знаю… Но не так страшен черт, как его малюют. Я командую Новоилецкой линией, такой же природный казак, как и вы, и хитрить перед вами не стану. Попервой позадыхаетесь, похватаете ртом воздух, вспоминая свою лесную жизнь, но чинить разор мне не с руки, и я полагаю, извернетесь дышать стенным простором.
— Раз казак, так должен знать, что и мы не на печи вылеживались. С французом скольким нашим воронье глаза склевало? Вдов какой силой сюда потянешь? — грубо возразили от красноуфимцев.
— Увечные еще. Все их состояние в протянутых ладонях!
— Сироты малолетние, — добавляли из толпы.
— Тихо, тихо, господа казаки! Ваш поверенный, урядник Голиков, обо всем писал. Думаю, прошение найдет должное разрешение. А я вижу, вы подзабыли наш, казацкий, обычай взаимопомощи? Впустую вздыхать разве дело?
— Эк, какой ловкий!
— Шутошное дело, через край тащить!
— Открою еще, — начал Аржанухин, не обращая внимания на возбуждающихся казаков. — По постановлению Комитета министров все земли Красноуфимской станицы переданы в казну, в ведение Пермской казенной палаты. А каждой семье будет выдана на обзаведение хозяйством достаточная сумма, сразу после жеребьевки.
— А мы не желаем расцепляться! Одной станицей жили — и нынче теряться без надобности, — противились красноуфимцы.
— Сеют по зернышку, а колосится поле! Едина Новоилецкая! — Гордый вид есаула как бы олицетворял всю линию. — Форпосты расположены рядком, хозяйствовать сподручно и в гости ходить не за семь верст киселя хлебать — под бок. Итак, подходи, ставь роспись!
Красноуфимцы задвигались. Кони, удерживаемые в поводьях, заволновались, встали на дыбы. Казаки стягивались к видимому только им центру, от которого, напитавшись, начинали бурлить с удвоенной силой.
— Коней, коней-то надобно было поотбить! Как сейчас в седла?! — прошипел в ухо коменданта Илецкой Защиты майора Юрлова стоящий здесь же, на крыльце, подполковник Струков, управляющий Соляным Промыслом и главный зачинщик заселения Илека.