Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2
- Автор: Шарвадзе Бадри Амвросевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2». Краткое содержание книги:
Часть книги отведена рассуждениям Подмастерья о древнейшем искусстве на основе библейского сюжета о дочерях Лота.
Содержит нецензурную брань.
– Можно, да еще как!
– Вот это ответ.
– Чем он тебе не нравится?
– Нравится, Аколазия, еще как нравится! Ты попала не в бровь, а в глаз. Должен признаться, по-моему, старшая дочь Лота не то что могла, обязана была принимать решение без лишних раздумий. Раздумья и сомнения – это изобретения довольно позднего времени, того времени, когда человек уже много перестрадал из-за своей беспомощности перед обстоятельствами жизни.
– В этом и заключается твой взгляд?
– Не только в этом. Но прежде я должен поблагодарить тебя за то, что, может сама того не подозревая, ты помогла мне почувствовать всю фальшь моего подхода в раскрытии истории Лота.
– Не понимаю, что ты имеешь в виду?
– Это легко объяснить. Ведь что я делаю с ветхозаветным текстом? Я представляю поступки действующих в нем лиц лишенными мотивов, поскольку считаю, что могло быть немало причин, чтобы оставить текст в таком очищенном виде…
– Назови хотя бы одну!
– Хотя бы дать читателю или слушателю возможность объяснить случившееся в соответствии со своим опытом…
– Кажется, ты это уже говорил.
– … А большинству, которому мотивация лишь помешает следить за сюжетом, без нее. Дело в том, что во все времена, мудрость, доступная человеку, зависела не столько от образования и знаний, сколько от жизненного опыта, часто ничего общего не имеющего с тем, что мы теперь подразумеваем под образованием и знаниями. Правда, образование и знания присущи всякой форме человеческого существования, но возможное различие между их формами столь велико, что лучше считать их совершенно инородными друг другу. Грубо говоря, образованный человек не мудрее необразованного.
– Но что же в таком случае является мудростью?
– Жизненный опыт, выраженный необязательно в виде знания, но и с помощью воли, чувств и веры.
– Тогда образованный человек будет определенно глупее необразованного.
– Так оно и есть. И там, где образованный человек задумывается, и это может длиться всю его жизнь, так что в конце концов то, что послужило причиной его размышлений, утрачивает всякий смысл, необразованный делает шаг вперед и оставляет позади образованного.
– Но ведь неученье – тьма, а ученье…
– Тьма другого рода.
– Но тогда зачем мучить дочерей Лота?
– Истина их поступка – не моя истина, а там, где я не чувствую чего-то существенно моего, пусть разделяемого другими, но и моего тоже, меня нет. Поэтому я и насилую дочерей Лота и хочу научить этому и вас, ибо иного не дано: не насилующий таким образом не может надеяться даже на то, что сам будет насилуемым.
– Я что-то не поняла, не мог бы ты выразиться проще?
– Попробую. Игра в понимание это такая игра, в которой, если ты непосредственно не участвуешь в ней, то не можешь быть и зрителем.
– Будем считать, что мне все ясно.
– Как настроение перед боем?
– Выдержим несколько боев подряд!
– Давно бы так! Как ни крути, а подлинный индивидуализм процветает лишь в коллективе."
Подмастерье вышел от сестер в приподнятом настроении, благодаря судьбу за то, что, хотя бы и в искаженном виде, ему довелось пережить ту общность, которая могла быть утрачена из-за уже оставшейся в прошлом строптивости Детеримы. Счастье не обещало быть долгим, но вовсе и не обязано было быть таковым.
VIII
Если бы Подмастерье имел возможность пожелать Детериме наиболее подходящего для ее положения клиента, то вряд ли бы он смог назвать кого-нибудь лучше Фаразела. И вот – Фаразел перед ним. Подмастерье выразил ему свою радость по поводу кадровых изменений и бросился за Детеримой. Аколазия болела за сестру не меньше, если не больше Подмастерья, и к чести Детеримы следовало сказать, что она повела себя так, будто полжизни занималась известными делишками.
Когда он вывел Детериму в залу, у него возникло жгучее желание сравнить сестер как женщин. Но его подвело отсутствие опыта близости с Детеримой, а довериться лишь зрению было бы, естественно, ребячеством. Хотя, с другой стороны, препровождение клиентов в Незнаемое имело небольшой, но важный психологический нюанс – отдаленность самки даже от столь близкого территориально человека, как Подмастерье, каким-то таинственным образом возбуждало их.
Мохтерион пригласил Фаразела в залу. Ему было ясно – чтобы споспешествовать сближению пары, необходимо помешать им своим присутствием.
– Знакомься, Детерима, это Фаразел, один из самых доверенных и дорогих людей, переступающих порог моего дома."