Электронная книга - «Зимний сон (СИ)». Краткое содержание книги:
– Цзинъи, благодарю за помощь. Поставь корзинку на стол, – произнес Ванцзи.
Юноша прошел через всю комнату к столу и поставил на него свою ношу. Вдруг его взгляд зацепился за разбросанные по всей кровати книжки и любопытство, в очередной раз, подвело Цзинъи.
– А что это вы тут читаете? – спросил он.
– Очень интересная литература. Можешь подойти посмотреть, – ответил Вэй Ин, слегка ухмыльнувшись.
Цзинъи осторожно взглянул на Лань Чжаня, но не увидел протеста и направился к лежащим книгам. Подцепил первую попавшуюся.
– Мораль и этика? Да это все уже давно знают наизусть? Хотя, господину Мо не помешает изучить пару правил, как вести себя в обществе, – произнес юноша, но резко осекся, вспомнив, что здесь, помимо Сюаньюя, еще и Ханьгуан-цзюнь присутствует.
– Да-да, я знаю, что мне нужно читать. Тебе, кстати, тоже не помешает туда заглянуть, – уверенно произнес Вэй Ин.
– Ой, я это всё давно наизусть знаю!
– Правда? А я вот в этом не уверен, – задумчиво ответил Усянь.
– Да что здесь может быть такого, чего я не знаю? Это же, всего лишь учебник по «Морали и этике»! – и Цзинъи резко раскрыл книжку. – Великие боги! Какой ужас! – юноша отбросил в сторону книгу, на развороте которой два молодых мужчины сжимали друг друга в крепких объятиях и были в самом разгаре интересного занятия. Легким сквозняком страницы перелистнулись на еще одну горячую сцену, на которой были изображены те же герои, но в позе наездника, как отметил про себя увидевший это изображение Вэй Ин. – Мо Сюаньюй, ты бесстыдник!!! – гневно выкрикнул он и кинулся прочь из комнаты.
– Цзинъи, подожди, а как же книжка? Тебе она точно пригодится! – прокричал ему вслед Вэй Ин, а после сполз на пол у распахнутой двери, заливаясь смехом.
– Какие яркие эмоции! Просто чудесно! Дикое любопытство, стыд, злость, смущение, но он захочет еще такое посмотреть… – сквозь немного успокоившийся смех, проговорил Вэй Ин.
– Думаешь? – удивленно спросил Ванцзи.
– Уверен, – ответил Вэй Ин, но не стал вдаваться в подробности. Всему свое время.
– Слушай, Лань Чжань, а в вашем клане очень популярно слово «бесстыдник». Помнишь? – с улыбкой произнес Усянь.
Резво убежавший Цзинъи затормозил только тогда, когда скрылся в густых зарослях бамбука. Выдохнул громко, успокаивая бешено колотящееся сердце и призадумался. Он прекрасно осведомлен о том, что между мужчинами бывает такая связь и они занимаются друг с другом этим. Но у него не было знакомых, кто мог бы его просветить о подобной стороне вопроса. Пару раз адепты постарше предлагали посмотреть эротические картинки, но он всегда отказывался. Нельзя. Он и так много правил постоянно нарушает, надо сдерживать себя хоть в чем-то. А ещё Цзинъи абсолютно уверен, что у тех старших адептов были книжки с девушками, а не только с мужчинами, потому что они активно обсуждали пышные груди красавиц, изображенных на тех картинках, что он так и не осмелился посмотреть. И теперь, его первая эротика оказалась вот такой… Хуже то, что ему понравилось… Еще хуже, что теперь его бурная фантазия начала подсовывать уж совсем бесстыдные образы… Сычжуй… Цзинь Лин… Цзиньи ужасен… Мало того, что ему понравилось, так он еще и думает в подобном ключе сразу о двух своих друзьях… Он очень… очень плохой друг! От представленных картинок в паху нестерпимо заныло и по телу прошелся жар. Сжав белую ткань на груди, Цзинъи тяжело задышал, и чуть было не опустил руку на затвердевшую плоть.
«Только этого мне сейчас не хватало!» – с ужасом подумал юноша и резво кинулся бежать в сторону холодных источников, – «Медитация и холод! Только это меня сейчас спасет!»
====== 35. ======
35.
После обеда Вэй Ин и Ванцзи отправились к Сичэню, хотя эмоциональная чувствительность Усяня никуда не делась, но он сам настоял на визите, ведь у Цзэу-цзюня имелась информация относительно прошлого Мо Сюаньюя, а этому обязательно стоит уделить внимание, ведь порез на предплечье никуда не делся и, соответственно, последний враг этого парня всё еще жив-здоров. А у самого Усяня теперь тысяча причин остаться в этом мире. Он и так помирать не планировал, а уж теперь тем более хочет продолжать жить.
Пока они добирались до кабинета Сиченя, Вэй Усянь сам для себя выяснил, что если абстрагироваться от эмоций других людей, не позволяя им проникать в него, то он может не только спокойно переносить эту сверхчувствительность, но и целенаправленно ощущать в толпе какого-то конкретного человека.
– Лань Чжань, если научиться управлять этой способностью, то она может быть вполне полезной. Например, чувствовать намерение определенного человека в толпе. Допустим, мы знаем, что среди присутствующих точно находится убийца, но его личность не известна. А с этим умением я легко могу почувствовать того, кто будет проявлять намерение убить. Мы и так умеем подобное чувствовать, но крайне поверхностно. Я считаю, что всё же нужно хорошо изучить воздействие этой песни на меня. О! Интересно, а почему на тебя наша игра никак не подействовала? И еще, мы играли вдвоем, используя одновременно темную и светлую ци, а что будет если эту песню исполнить только кому-то одному из нас – повлияет она на меня или нет? И провести бы еще на ком-нибудь эксперименты… Интереснооо… – рассуждал на протяжении всего пути Вэй Ин.
– Я против проведения экспериментов на тебе, – строго ответил Ванцзи.
– Лань Чжань, но это же такая возможность! Изучить влияние определенной музыки на людей, и даже подопытных искать не нужно, ведь есть я! – воскликнул Усянь.
– Именно поэтому я против подобных опытов.
– Значит, на других можно? С их согласия, конечно, – спросил Усянь.
– Не вздумай. Это очень опасно, – хмуро произнес Ванцзи.
– Лань Чжань, но как же мне тогда приумножать знания и создавать новые приемы борьбы с нечистью и врагами? – печально спросил Вэй Ин. – Эксперимент и опыты обязательны, одной теорией тварей не победить. Заклинательство должно развиваться. Если не сделаю этого я, то сделает кто-то другой и тогда мне будет очень грустно, ведь я мог быть первооткрывателем.
– Хорошо, – тяжело вздохнул Ванцзи. – Вернемся к этому после того, как избавимся от раны на твоей руке.
– Договорились! – радостно воскликнул Усянь и повис на плече Лань Чжаня. – Ханьгуан-цзюнь, я тебя люблю! Ты просто прелесть! – громко добавил он, спугнув своим признанием парочку адептов в этот момент мимо них проходивших.
– Кхм… Мы пришли, – произнес Ванцзи, а мочки его ушей слегка покраснели, вызвав приступ радости у Вэй Ина. Он обожает, когда его любимый смущается подобным образом.
Лань Сичэнь разбирал гору писем в своем кабинете, раскладывая их по степени важности и срочности. Подконтрольные Гусу Лань земли занимают обширные территории и письма в огромном количестве приходят ежедневно. Обычно почтой занимаются помощники главы, но порой и он сам уделяет время этому занятию, если есть возможность.
Ванцзи и Вэй Ин постучались, оповещая о своем приходе, но вошли сразу же, не дожидаясь, пока Сичэнь подойдет к двери встретить их.
Расположившись за чайным столиком, трое прославленных заклинателей неспешно пили зеленый чай и вели беседу. А вот о чем именно они разговаривали, никто не узнает, так как над кабинетом был установлен Полог тишины. Всё сказанное здесь останется только между ними тремя.
– Цзэу-цзюнь, так какую информацию относительно прошлого Мо Сюаньюя Вам получилось узнать? – начал спрашивать Усянь, едва они пригубили чай.
– Господин Вэй, мне не удалось узнать много, но кое-что я вспомнил и сам, когда мне начали рассказывать о Мо Сюаньюе. Я ведь встречался с ним на Советах кланов в то время, когда он жил в Ланьлин Цзинь, но не придавал значения ему и рассказам о нем. Кто бы мог подумать, что всё обернется вот так, – и он обвел взглядом сидящих перед ним Ванцзи и Вэй Ина.
– Это даа… Думаю, вообще никто подобного предугадать не мог бы… – задумчиво ответил Усянь. – Не томите, рассказывайте, что удалось узнать. Мне нужны даже самые незначительные факты и события, касающиеся его жизни, – уже просяще завершил он.
– Конечно, господин Вэй, – с легкой улыбкой ответил Сичэнь. – Объединив мои воспоминания и услышанные истории, я могу поведать вам следующее: Мо Сюаньюй попал в Ланьлин Цзинь после смерти своей матери, которая, не выдержав издевательств старшей сестры и ее мужа, покончила с собой. Подробностей не знаю, но скорее всего причиной подобного отношения была зависть, ведь молодая госпожа Мо отличалась незаурядной красотой, кротким нравом и тем, что смогла привлечь внимание такого заклинателя, как Цзинь Гуаншань. Девушка длительное время была его любовницей, и он щедро одаривал ее деньгами и подарками. Поговаривали, что хотел забрать ее в качестве наложницы, чему девушка в общем-то была рада, ведь она действительно любила этого человека и хотела быть ближе к нему. Когда об этом узнала родня молодой госпожи Мо, то они начали с особым усердием отравлять ее жизнь и в какой-то момент она сломалась. Что именно стало последней каплей для совершения самоубийства – никому неизвестно. Но оставим эту историю и перейдем непосредственно к Мо Сюаньюю. Он попал в клан Ланьлин Цзинь достаточно рано и получил достойное образование, как любой из талантливых детей, принадлежащих к главной ветви клана. Мальчик оказался необычайно талантлив и Цзинь Гуаншань прочил ему блестящее будущее. Сюаньюй получил доступ во все библиотеки клана, с ним занимались лучшие учителя и он никого не разочаровал. Словно губка, Мо впитывал знания, с легкостью изучал воинское искусство и день ото дня становился лишь сильнее. В возрасте пятнадцати лет он мог свободно сражаться с превосходящим количеством противниками, практиковал магию, доступную Старейшинам клана и создавал поистине уникальные талисманы, не имеющие аналогов. Его назвали гением текущего поколения. Им все восхищались. Но что странно, юноша не возгордился, а наоборот, старался оставаться в тени, лишний раз не демонстрируя свою силу и умения. Был скромен и стеснителен. Всё время тратил на обучение и практику. Единственными людьми, с которыми он общался были его отец и Мэн Яо. Последнего он вовсе боготворил.