Солнцеворот желаний [СИ]

Молчание прерывалось гулкой медленной капелью и тонким лязганьем от движения звеньев цепей. Анка глубоко вдохнула и выдохнула, открывая глаза и устало глядя перед собой.

— Знаешь, когда-то я действительно тебя любила. Да так сильно, что была готова убить Селесту за то, как ты говорил о ней. Я тогда и половины не знала. Не знала, что ты лишь используешь меня, а всё, что было между нами — только завеса между тобой и Селестой. Я же лишь сладкая игрушка, которой ты пользовался, пока я не сломалась… — Анка закашлялась, ощутив в горле противный, кислый комок, который отхаркнула на каменистый пол. Слюна растеклась в стороны с кровавой примесью, задымившейся от соприкосновения с холодными камнями. Это вызывало подобие улыбки на её лице. — Ну что же, видимо наша история любви подошла к логическому концу.

— Не играй, Ани, — ответил король, клоня голову. Он подошёл к выходу из камеры и коснулся двух рычагов в стене, от которых что-то загудело в трубах у потолка. На его руках появились перчатки, и он напоказ размял пальцы, выставляя руки вперёд. — Просто расскажи всё, что знаешь, и, возможно, я даже придумаю для тебя какое-нибудь хорошее место, где ты сможешь дожить остаток отведённых дней. Ты же понимаешь, что внутренний огонь скоро сожрёт тебя заживо и ничего не останется?

Она усмехнулась, глядя на испаряющуюся кровь на полу. Ник, в пылу своего гнева, не ощущал, как медленно поднимается температура в камере, как всё заволакивает жаркой дымкой и как слабо начинается дымиться одежда на подвешенный девушке. Он не видел до тех пор, пока Анка не выдохнула чёрный дым со словами:

— Увидимся в огне, мой король!

И вспыхнула яркой сверхновой, пробуждаясь как огненный элементаль. Огонь взвился ярко-рыжим пламенем, ползя к потолку и разлетаясь подобно взрыву, устремляясь прямо на Никлоса. Всего мгновение, но и его хватило, чтобы король развеялся как чёрный дым, исчезая из камеры и оказываясь снаружи, отбегая от вырвавшихся из-под дверного проёма языков пламени, выбивших дверь и устремившихся наверх. Он не успел его остановить и огонь расползся до окон, вырываясь на волю.

Ник, бежавший следом, остановился у раскрытого окна, наблюдая за горящим драконом, исчезающем в снежной дымке высоко в облаках. Последнее, что он успел почувствовать: как легко вздыхает кэрра Анка Асколь, сбрасывающая с себя оковы человечности и становясь той, кем и должна была стать.

От собственного бессилия он медленно сполз на пол, прислоняясь затылком к стене и закрывая глаза. Гнев, душивший его последние недели, растворился бесследно, оставив после себя тупую затылочную боль, от которой хотелось выть. Только что он сумел сотворить настоящее чудо, в которое не верил, несмотря на все слова Ктуула. Чудо полного превращения в нориус. И вместе с тем собственное падение. Он собирался до смерти пытать девушку, которую буквально истязал своей любовью. Как он мог такое делать и чувствовать себя правым? Почему все эти эмоции так легко укладываются в его голове?