Избранные произведения. II том

Джо повернулся и выглянул за дверь туалета. Среди фиолетовых и синих ромбов пестрого постельного покрывала ясно виднелись потеки и брызги грязно-коричневого цвета.

С колотящимся сердцем Джо подполз к двери и заглянул за угол. Он несколько секунд смотрел на то, что лежало на ковре, после чего вернулся в туалет и его вывернуло еще раз.

Он вспомнил, как Мейнз в начале вечера говорил, что пока не заселился в гостиницу. Они вернулись вместе? Или Мейнз пошел следом и он — Джо — впустил его? Или Мейнз вломился в его номер? Фигура, которая привиделась Джо, была сценаристом, а не очередной чугунной копией Гормли? Или Мейнз уже валялся на полу, когда Джо лег спать, и это сделал тот чугунный истукан?

Нелепая идея, но не более нелепая, чем предполагать, будто это Джо исполосовал тело сценариста ножом. В нем было сложно узнать не только Мейнза, но человеческое существо вообще. В жилах почти не осталось крови, вся она впиталась в ковер и покрывало или забрызгала стены артериальным узором.

Джо осмотрел свои руки. Чистые. Возможно, слишком чистые. На теле не было никаких следов.

Джо тщательно оделся. Осторожно обошел тело, вышел из номера и спустился на первый этаж. Выходя из гостиницы, он взглянул на администраторов за стойкой, но они даже не посмотрели в его сторону.

Он шел на запад по Ньиве-Бинненвег, пока не отыскал нужные магазины, и вернулся в гостиницу с рюкзаком, в котором лежали крепкая ножовка, зазубренный нож, чистящие средства, обтягивающие резиновые перчатки и большой рулон герметизируемых пакетов для заморозки. Стоя перед зеркалом в лифте гостиницы, он представлял, каким его видели парни в баре, когда он кричал на Мейнза. Вспомнил официантку в ресторане, которая подошла к их столику, как раз когда Джо задал Мейнзу жару, и девушку у барной стойки в «WATT». Что было дальше, Джо не помнил. Он мог натворить что угодно, и кто угодно мог это видеть.

Лифт прибыл на четвертый этаж с металлическим звоном. Джо вышел и прошел несколько шагов до своего номера. Оказавшись внутри, он вывалил содержимое рюкзака и разделся до трусов. Он засунул свой айпод под резинку трусов и вставил наушники в уши. Закольцованный «Роттердам» группы Githead. Если он больше никогда не сможет слушать Githead — так тому и быть. Точно так же он не может больше слушать «Astral Weeks» — после болезненного расставания с Мэри из Донегола — или Cranes. Он был на концерте Cranes в Клэпеме перед смертью отца и с тех пор, какой бы их альбом ни ставил, мгновенно возвращался в то утро, когда мать позвонила, чтобы сообщить ужасную новость.

Джо убрал с дороги полотенце и коврик для ванной, затащил тело в туалет и засунул в ванну, не слишком беспокоясь о потеках крови на полу и стенке ванны. Он встал над ванной с ножовкой в руке и внезапно представил, как Вос мог бы снять его сейчас с точки зрения трупа. Джо помедлил, взял полотенце и закрыл им голову и верхнюю половину туловища Мейнза.