Во главе революции. Cверху

И при всём при этом. Николаю приходилось сидеть не в столице, а пусть и в царской резиденции, но на глухой окраине. Не рискуя вернуться в столицу, чтобы тут же не спровоцировать мятеж в гвардейских полках. И искать защиту в лице простых, пусть и привилегированных, полков русской армии. Рассчитывая, что стоявшие в глухой провинции полки навряд ли интересовали заговорщиков. И на офицеров, обласканных им лично можно будет понадеяться хотя бы первое время. Хотя сомневаться в том, что нити заговора дотянуться и сюда не приходилось. Родственные и дружеские чувства никто не отменял. А то, что в полках 1-й, и срочно прибывающей в Крым 36-й пехотной дивизии, второй дивизии из состава XIII армейского корпуса, есть друзья, родственники, да и просто должники заговорщиков сомнений не было. Помимо этих частей в Крым прибывали и остальные полки 12-ой кавалерийской дивизии.

И это при условии, что ему ещё было необходимо и руководить войной с Японией. Контролируя и ситуацию там, и подготовку к генеральному русскому наступлению. В том числе доставку как подкреплений, потерявших десятки тысяч бойцов частям, так и новых частей. Которые и должны были переломить превосходство японцев в силах над русской армией. Возникшее после падения Порт-Артура и присоединения армии Ноги к японской полевой армии. Но пока планировалось тактическое наступление, призванное ослабить тески японской армии и вызволить Мукден из полу окружения. Ведь японцы не оставляли надежды дожать осадой русские войска. И всё-таки заняв Мукден отбросить русских на следующий оборонительный рубеж. За сотню вёрст севернее этого города. А на лето планировалось уже крупномасштабное наступление русской армии. Которое и должно было бы привести к разгрому японской армии. Для чего в Маньчжурию спешно стали перебрасываться войска. Да и Николай приказал начать концентрировать в портах Чёрного моря пароходы РОПИТа и Добровольческого флота[113]. Из расчёта переброски по морю на Тихий Океан армейского корпуса. Состоящего из двух пехотных дивизий и кавалерийской бригады. Ну и ещё одной кавалерийской дивизии и Одесского особого запаса[114]. А также готовить к походу весь флот. Включая и спешно приводящийся в боеспособное состояние самый новейший эскадренный броненосец "Князь Потёмкин-Таврический". При этом царь настоял на том, чтобы адмирала Фелькерзама отозвали с эскадры назад в Россию. Николай совершенно не собирался рисковать потерей духа на Второй Тихоокеанской эскадре.