Отец республики. Повесть о Сунь Ят-сене
- Автор: Матвеева Галина Сергеевна
- Год: 1975
- Язык: русский
- Год: Политиздат
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Отец республики. Повесть о Сунь Ят-сене». Краткое содержание книги:
Художественно-документальная повесть «Отец республики» — первый самостоятельный опыт Г.Матвеевой в прозе. Герой ее — Сунь Ят-сен, китайский «революционный демократ, полный благородства и героизма», предстает перед читателем в борьбе за независимость и процветание своей родины. Друзья и враги, победы и поражения, любовь и ненависть — все, что сопутствует его мятежной жизни, вписано автором в панораму Китая конца XIX — начала XX века.
Успокоить его смогла только кругленькая сумма. Собрать ее было нелегко: пришлось распродать не только оружие, но и скромные пожитки: одеяла, циновки, медную утварь. А Хэ Сян-нин продала еще свое единственное золотое колечко, подаренное ей бабушкой.
Тогда они с Ляо срочно переменили квартиру — полиция могла нагрянуть в любой день. Вскоре у нее обострился туберкулез. Денег не было, едва удалось наскрести на билет до Гонконга. Родители встретили ее сдержанно, но в помощи не отказали…
Их дочь, Мэн-син, родилась в Гонконге, и Ляо увидел ее лишь год спустя…
На повороте катер сильно тряхнуло. Хэ Сян-нин вздрогнула и крепче прижала к себе набитую хозяйственную сумку.
— Госпожа, подъезжаем к Шилуну, — объявил рулевой. Она благодарно кивнула ему.
Офицер с обожженным солнцем лицом долго и придирчиво изучал ее пропуск в тюрьму, добытый после многодневных мытарств. И, наконец, дал знак следовать за ним.
Дорога к Шилунскому арсеналу, при котором была тюрьма, проходила вдоль старой, развалившейся крепостной стены. Кое-где меж камней пробивались чахлые кустики травы, полузадушенные жарой. Морской ветер клубил красноватую пыль. За поворотом показалось приземистое длинное здание, сложенное из местного плитняка. Комендатура. У входа — караульные солдаты, вооруженные английскими винтовками со штыками. Около часа ушло на то, чтобы комендант дал свое разрешение на свидание. При этом он велел ей оставить здесь сумку, но она вцепилась в нее обеими руками и, не сдерживая больше слез, измученная дурными предчувствиями, закричала:
— Здесь передача для мужа! Неужели вы убили Ляо, если ему больше ничего не нужно! Ну, погодите! Сунь Ят-сен еще вернется в Гуанчжоу, вам тогда не поздоровится!
— Ладно, забирайте с собой ваши вещи, — пробормотал комендант, несколько обескураженный яростным нападением этой маленькой и кроткой на вид посетительницы. — Да перестаньте же реветь, черт побери, жив ваш муж, слышите, жив!
Миновав несколько тесных переходов, она очутилась у дверей камеры, куда был заключен Ляо Чжун-кай. Едва переступив порог, она очутилась в полной темноте. Только из-под двери пробивалась слабая полоска света.
— Нет, этого не может быть, неужто это ты, жена моя, Сян-нин?
— Чжун-кай, я ничего не вижу, дай же мне руку! — воскликнула Хэ Сян-нин.
— Увы, я не могу тебе помочь. Сделай два шага вправо.
Глаза привыкли к темноте, и Хэ Сян-нин увидела мужа: руки и ноги — в тяжелых кандалах. На шее — железная колодка, цепью которой Ляо был прикован к стене. Боль сострадания полоснула ей сердце. Дрожащими руками она отыскала в сумке свечу. Зыбкое пламя осветило камеру.
— Что они сделали с тобой, мой муж! — вырвалось у нее.
— Разговор с заключенным не дозволен! — раздался за дверью грозный окрик.
— Как начался мятеж? — шепотом спросил Ляо. Если бы у нее было время, Хэ Сян-нин рассказала бы мужу, как десять дней назад, ночью шестнадцатого июня, она проснулась от того, что стены их квартиры содрогались, словно от землетрясения. Накинув халат, она бросилась к окну. По улице, низко пригибаясь к земле, бежали солдаты с винтовками в руках и бамбуковыми лестницами. В соседней комнате проснулись и заплакали дети.
— Немедленно в постель! — прикрикнула она на них, торопливо опуская на окнах циновки.
С трудом дождавшись утра, она позвонила на телефонную станцию и, назвав себя, попросила соединить с резиденцией президента. В трубке долго молчали, потом что-то щелкнуло и визгливый мужской голос прокричал: «Президент изгнан из города. Соединить вас с главой нового правительства господином генералом Чэнь Цзюи-мином?» — «Соедините!» — «Госпожа Ляо? — раздалось тут же. — Очень приятно. Чем могу быть полезен? А, вас интересует доктор Сунь Ят-сен. Понятно. Увы, ничего определенного сказать не могу. Сотрудничеству с нами он предпочел бегство. Не стоит так огорчаться, — все мы пешки в руках неотвратимой судьбы. Ваш супруг? Ах да, любезная госпожа, мне весьма неприятно, но его поведение вынудило нас взять его под стражу. Он сторонник Сунь Ят-сена и, оставаясь на воле, может навредить сам себе. А там он в безопасности. Нет, нет, я ничем не могу помочь. Всего хорошего».
Опасаясь за жизнь детей, Хэ Сян-нин отправила их в Гонконг, а сама теперь ежедневно с раннего утра аккуратно появлялась в канцелярии штаба Чэнь Цзюн- мина, надеясь встретить кого-нибудь из прежних знакомых. Но одни отводили глаза в сторону, другие смотрели поверх ее головы, нетерпеливо покашливая, пока она излагала свою просьбу. Ей повезло лишь на десятый день. Один офицер из свиты Чэня, обязанный чем-то Ляо и Суню, выхлопотал ей пропуск и катер для поездки в Шилун.