Киргизские народные сказки
- Автор:
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Кыргызстан
- ISBN: в издании отсутствует
- Переводчик: Д. Брудной
- Жанр: Мифы. Легенды. Эпос
Электронная книга - «Киргизские народные сказки». Краткое содержание книги:
Художник Т. Герцен.
Алдаркосе не торопился.
— Погиб конь — так тому и быть. Поедим свежего мяса, — бормотал он, будто во сне. — Посмотри, если у коня звездочка на лбу нарисована — это твой, а у моего звездочка замазана.
Побежал Чинарбай к убитому коню и узнал своего скакуна. Схватился он за голову, чуть не плача от злости.
В этот день Чинарбай собирался в город по делам. Жена приготовила ему на дорогу большую пшеничную лепешку. Она была еще горячая, выпеченная в золе. Чтобы гость ее не увидал, байбиче сунула лепешку мужу за пазуху.
Алдаркосе и это заметил. Он подбежал к баю и говорит:
— Бай мой, я уезжаю. Спасибо тебе за ночлег. Свидимся или нет — не знаю, давай обнимемся на прощанье.
Он так крепко обнял бая, что горячая лепешка обожгла его.
Бай не вытерпел и крикнул:
— Проклятая лепешка! Пусть ее собаки жрут!
Выхватил из-за пазухи лепешку и бросил. Алдаркосе подбежал и схватил лепешку.
— Чем отдавать собакам, лучше я ее съем.
Однажды Алдаркосе увидел на базаре жадного бая.
— Бай мой, — заговорил с ним Алдаркосе,— видно, ты хороший хозяин. И скота у тебя много. Только золота и серебра маловато. А ведь золото и серебро корма не требуют. Спрячешь хорошенько и будут лежать, пока не понадобятся. Вот настоящее богатство! Да, ты богат, а я богаче. Твое богатство — четверть моего. В кочевку я золото и серебро гружу на шесть верблюдов... — И добавил, словно бы про себя: — У бая полсотни верблюдов, три сотни лошадей и тысяча баранов. А если зима затянется? Они ведь погибнут…
Вслух же указал:
— Бай мой, сделаю тебе одолжение — обменяю твой скот на мое золото.
Бай обрадовался.
— Дай мне твоего коня, я враз привезу золото, — сказал Алдаркосе.
— Бери, бери. Конь мой не рысистый, возьми и камчу.
Сел Алдаркосе на байского коня — только его и видели.
Слава о мудрости Алдаркосе дошла до самого хана.
— Неужели на свете есть человек мудрее меня? — рассердился он. — Привести его ко мне!
Поскакали ханские слуги в разные стороны и через три дня привезли Алдаркосе.
Решил хан испытать Алдаркосе:
— Говорят, ты мастер рассказывать небылицы. Расскажи мне такие небылицы, чтобы их можно было принять за правду. Расскажешь так, чтобы я молчал, подарю полную тюбетейку золота, не сумеешь — голову с плеч долой.
— Попробую, — усмехнулся Алдаркосе и начал рассказ.
— Однажды я пас в степи табун лошадей, принадлежащих моему деду, и вдруг вижу — не хватает одной серой кобылы и ее жеребенка. Ну, думаю, беда! Обломает злой дед об мою спину палку! И побежал по степи искать беглянку.
Шел я, шел и пришел на высокую гору. Оглянулся по сторонам — не видать нигде серой кобылы.
Воткнул я в землю длинную палку, в ее конец вонзил нож, а в черенок ножа — шило. Влез я на острие шила и вижу: далеко внизу вьется узкая ленточка воды. Около нее, как ни в чем не бывало, пасется моя пропавшая кобылица, а около нее — серый жеребенок.
Стал я спускаться вниз — ленточка воды становится все шире и шире.
Подошел я к берегу и вижу: то мать степей — Сыр-Дарья разлилась на сорок верст.
Что делать? Как переплыть через реку? Недолго думая, превратил я палку в лодку, нож в весло и поплыл через Сыр-Дарью.
Сойдя на берег, поймал я серую кобылицу, вскочил на нее, взял жеребенка в руки и хотел было переплыть реку обратно. Да не тут-то было! Кобыла словно приросла к земле.
Тогда я сел верхом на жеребенка, взял под мышку серую кобылу и поплыл обратно.
Еду я по бескрайнему степному простору. Смотрю — в высокой траве притаился заяц. Я ринулся на зайца и поймал его. Надо же зайца зажарить, а кругом ни прутика. Один куст сухого щавеля колом торчит.
Привязал я кобылу к тому колу и принялся собирать по степи круглые катышки конского помета, чтобы развести огонь. Сложил я помет в кучу, только поднес к нему зажженную спичку, вдруг конские катышки превратились в скворцов и с шумом разлетелись в разные стороны. Смотрю я вслед им, раскрыв рот, и вижу: бьется моя кобыла словно испугалась чего-то. Подошел я к кобыле и глазам своим не верю: вместо кола привязал я свою кобылу к ноге аиста. Тот крыльями машет, хочет улететь и не может. А кобыла ржет, копытами бьет, головой мотает.
Отвязав кобылу, я принялся дожаривать зайца.
Насытясь до отвала, обтер я жирные руки о сапог и лег спать. Много ли, мало ли я спал, а проснулся от непонятного шума. Осмотрелся и вижу — дерутся мои сапоги: не смазанный жиром бьет смазанного. Бросился я их разнимать, да не тут-то было. Дерутся — да и только. Схватил я один сапог, вдел в него одну руку, другой — в другую и стал досыпать.