Другая музыка нужна
- Автор: Гидаш Антал
- Серия: Господин Фицек #3
- Год: 1984
- Язык: русский
- Год: Художественная литература
- Переводчик: Агнесса Кун
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Другая музыка нужна». Краткое содержание книги:
Добрались до улицы Луизы, подошли к сапожной мастерской. Пишта, по-видимому, наблюдал за ними издали, ибо домой он еще не приходил и мать ничего не знала о случившемся.
Полицейские ворвались в мастерскую.
— Это ваша железная койка?
— Моя, — сказала г-жа Фицек спокойно, не подав виду, что испугалась.
— А это ваш сын?
— Мой.
— Зачем он понес койку на площадь Текели?
— Потому что нам она уже не нужна. Только место занимает.
— Не нужна?
Полицейский огляделся в тесной квартирке и мастерской. Смутился на миг, но потом представитель официальной власти все же одержал в нем верх.
— Выясним… — сказал он и, вынул блокнотик, записал что-то в него. — До завтрашнего дня койка останется здесь, — сказал он хозяйке, величественно засовывая блокнот обратно в карман мундира. — Поняли? А завтра мы узнаем у старьевщиков, не пропало ли что у них за ночь. Если пропала койка, то ваши щенки будут арестованы.
— А если не пропала? — спросил Мартон. — Тогда с вами что сделают?
— Заткнись! Вот что сделают!
И оба представителя власти покинули мастерскую.
Слишком много выпало на долю Мартона за этот день.
Мать стояла, прижав руки к голове. Потом промолвила и даже не с укором, а с болью:
— Уж не могли поосторожней?
— Да он прятался где-то в темноте между ларьками, — сказал Мартон. — Мы не видели его.
— Где Пишта?
— Убежал.
Г-н Фицек вернулся домой радостный. Слышно было, как, открывая дверь, он насвистывает песенку. Очевидно, ему удалось договориться о какой-то «штатской» работе в кафе «Гинденбург» — пристанище старьевщиков с площади Текели — и теперь ему уже не придется раздобывать хлеб «из-под земли». Но вдруг он заметил, что у Мартона лицо мрачное и все в красных пятнах, жена стоит в полном отчаянии, малыши испуганно выглядывают из постели, а Отто сидит на краешке кровати в одном белье и размышляет.
— Что тут у вас стряслось? — спросил Фицек, побледнев.
Жена рассказала обо всем.
— Ах ты мать честная! — загудел г-н Фицек. — Так все и будут бить моего сына? Да что же он, мальчик для битья? Пошли! Со мной пойдешь! — И г-н Фицек схватил колодку для сапог. — Убью этого негодяя!.. — завопил он. — Чтоб они все провалились: и бог-отец, и этот распятый Иисус Христос, и его шлюха мать, да и весь этот поганый недоделанный мир!.. Пойдем! Не то я еще со злости лопну.
Так продолжалось минуты три подряд.
— Фери! — молила насмерть перепуганная жена.
— Папа! — хором просили дети.
— Никаких Фери! Пошли!..
Г-н Фицек схватил Мартона за руку, сжал ее, точно клещами, и рывком выволок сына на улицу.
— Папа… Беды ведь не оберемся.
— Молчать!..
Полицейского они не застали на площади. Не видно было его и между темными ларьками. Наконец его обнаружили на Кладбищенском проспекте. Он сидел на нижней ступеньке лестницы страховой кассы. Сидел мирно, как сидит усталый человек, устремив неподвижный взгляд в тускло горевший газовый фонарь.
Сидящий полицейский привел г-на Фицека в замешательство.
— Этот? — тихо спросил он сына, точно не желая понапрасну тревожить отдыхающего человека.
— Да, — еще тише ответил Мартон.
Фицек подошел, но не знал, что делать дальше. Низкорослый сапожник был выше сидящего полицейского.
— Да известно ли вам, кого вы избили понапрасну? — спросил г-н Фицек скорее жалобно, нежели сердито. — Вы же избили ученика реального училища… Моего сына… Поглядите на него, да разве это вор?
Маленький, коренастый Фицек опустил руку с сапожной колодкой, будто какой-то маршальский жезл.
Промолви полицейский хоть словечко, что, мол, ошибся и прочее, и дело бы с концом! Но полицейский, заметив толстую деревяшку, вскочил и, стал чуть не вдвое выше Фицека, дал такого пинка колодке, что она, дважды перекувырнувшись, грохнулась на мостовую.
— У-у, косматый сапожник, с колодкой вздумал нападать! На меня, на представителя власти! На закон! И еще объяснений требуешь? Можешь их получить!
Теперь уже Фицек видел перед собой не усталого человека, а полицейского и заорал:
— Как ты посмел избить моего сына? По какому такому праву? Ах ты, сиволапый мужик! Чтоб твою!..
Полицейский тоже повысил голос:
— Сиволапый мужик!
Тут же, откуда ни возьмись, примчался и его товарищ. Оба они вытащили ремни, да такие длиннющие, что ими можно было бы весь преступный мир Будапешта связать. Фицек орал, сопротивлялся. Но ему все же закрутили назад руки и немилосердно стянули ремнями. У бедняги вздулись кисти. Фицек застонал от боли. Его повели в участок. Огромный полицейский то и дело толкал его в спину «вещественным доказательством» — сапожной колодкой. Мартон шел рядом с отцом, хотя ему несколько раз кричали: «Убирайся отсюда! Ты не нужен!» Но мальчик шел, успокаивая отца, который был уже в страшном состоянии.