Другая музыка нужна
- Автор: Гидаш Антал
- Серия: Господин Фицек #3
- Год: 1984
- Язык: русский
- Год: Художественная литература
- Переводчик: Агнесса Кун
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Другая музыка нужна». Краткое содержание книги:
— Нет, — ответил Эгри, повернувшись в четверть оборота к военному судье и продолжая стоять «смирно», — но часть приговоренных к расстрелу солдат пришла вместе со мной на место преступления, чтобы…
— Может быть, — небрежно бросил военный судья, ходивший в чине капитана, — но офицер его величества короля и императора не имеет права сомневаться в словах другого офицера его величества короля и императора, пока… — И он кинул взгляд на генерала. — Эти, согласно вашему утверждению, ни в чем не повинные солдаты, — монотонно продолжал военный судья, — на мой взгляд, могли участвовать в преступлении… потом притвориться, будто и знать не знают ни о чем. Девочка скончалась, а мать не могла запомнить столько лиц. Кто возьмется, господин подпоручик, установить что-либо при этих обстоятельствах?.. Такую канитель может позволить себе только гражданский суд. А мы, — продолжал он небрежно, — на фронте, господин подпоручик. Расстрел каждого десятого я считаю абсолютно законным. Другого выхода нет.
— Господин капитан, — опять попытался заговорить Эгри. — Незаконность данного приговора подтверждается еще и тем, что единственный несомненный участник — вернее сказать, организатор этой мерзости — вовсе не попал в список расстреливаемых.
Глиняная голова до сих пор молчала. Теперь она заговорила утомленным, скучным голосом плотно пообедавшего человека:
— Да-да… Да-да.
Эгри осмелел. Он решил привести все доводы, которые столько раз обдумал и так стройно составил еще дорогой. Но командир корпуса поднял руку. Пальцы его были точь-в-точь под стать туловищу и голове. Гармонировало с ними и обручальное кольцо, которое с легкостью могло сойти за обруч маленького бочонка.
— Как зовут того, кто не вошел в список? — спросил генерал.
— Карой Шиманди.
Командир корпуса закивал головой. Военный судья неверно истолковал это движение и встал.
— А впрочем, господин подпоручик, — сказал он строго, — вы пройдете сейчас со мной в мою канцелярию, где я познакомлю вас с некоторыми секретными документами, касающимися рядового состава. По-моему, если бы даже ничего подобного и не произошло, все равно…
— Господин капитан, — чуть ли не с мольбой произнес Эгри, — покорнейше прошу, выслушайте меня! — Он подумал, что убедил уже не выражавшего никаких эмоций командира корпуса и что теперь осталось убедить только военного судью. — Господин капитан, мне хотелось бы… Я еще не закончил…
— А я закончил, — сонно протянул генерал и передал Эгри утвержденный приговор, приписав к нему только имя Кароя Шиманди. — Kehrt euch![18] — резко прозвучал голос генерала. — Казнены будут не двадцать девять, а тридцать человек. Господин капитан, приложите печать. Что это вам вздумалось, подпоручик? Где мы, в сельском суде, что ли?
И Эгри с Новаком отправились обратно. В той же канцелярии, куда они сперва попали, им с четырех часов до девяти вечера все сулили дать машину и наконец — очевидно, для острастки, — отказали. Они пошли пешком, неся с собой смертный приговор, теперь уже не для двадцати девяти, а для тридцати солдат. Этим увенчались старания Эгри.
Предстояло отмахать двадцать пять километров. Звезды на ясном майском небе сверкали так, будто их надраивал весь рядовой состав корпуса.
Эгри и Новак шли. Молча. Ангелы смерти против воли.
И вдруг Эгри заговорил:
— Новак, хотите оплеуху? Напишите прошение.
— Оплеуху, господин подпоручик, можно и без прошения получить.
— Но не тогда, когда вам хочется.
Новак ломал голову: «И чего это ради подпоручик сморозил такую чепуху?» Эгри вздохнул.
— Да, солдат в ранце несет не маршальский жезл, а свою смерть… Скажите, Новак, — спросил он после паузы, — знакомы вы с сапожником, которого зовут Ференц Фицек?
— Знаком. А он-то здесь при чем?
— Сегодня, Новак, я прочел про вас кучу любопытных вещей в донесениях, которые пришли в штаб корпуса о солдатах нашего батальона. Там все написано честь по чести. И то, что вы были главным доверенным и организатором какой-то демонстрации с железными дубинками, и то, что исключались из профсоюза. И про «кровавый четверг» написано. Но одного я не понял. В донесении — мне показал его военный судья — написано так: «Дёрдь Новак состоял в добрых отношениях с изменником родины, поставщиком армии Ференцем Фицеком, который вместе с двумястами пятьюдесятью коллегами скоро предстанет перед судом за обман армии».
— Кто?
— Этот самый Фицек.
— А в чем он провинился?
— Был поставщиком армии и мошенником.
Новак расхохотался, да так внезапно и громко, что Эгри, изрядно понервничавший сегодня, даже содрогнулся.
18
Кругом! (нем.)