Император Алексей Ι Комнин и его стратегия

В связи с этим, примечательно, что Анна воспринимает Иоанна Цимисхия и Василия II вместе, как достойных предшественников своего отца, в то время как Никифора Фоку, императора, освободившего от арабов Антиохию в октябре 968 года, не менее талантливого полководца и успешного правителя, чем Иоанн Цимисхий, наша принцесса даже не упоминает. Вероятно, подобное молчание Анны было обусловлено отмеченными выше лестными историческими аналогиями между Иоанном Цимисхием и Алексеем Комнином, которые проводились при византийском дворе в связи с усыновлением Алексея императрицей Марией Аланской и весенним переворотом 1081 года. Для Анны Комниной Никифор II Фока был таким же узурпатором и «тираном», каким был Никифор III Вотаниат, свергнутый с престола ее отцом. Данное предположение обретает дополнительные основания в связи с тем, что историк Михаил Атталиат – панегирист Никифора Вотаниата, открыто заявлял о том, что его герой является родственником Никифора Фоки и ни больше, ни меньше как потомком Константина Великого. Михаил Атталиат даже посвятил восторженные строки Никифору Фоке и проводил параллель между обоими Никифорами[226].

Очевидно, политическая ориентация двух императоров – Иоанна Цимисхия и Алексея Комнина была различна, что, в общем, объясняется спецификой времени, на которое приходилось царствование каждого из них. Иоанн Цимисхий продолжал внешнюю политику в духе «Drang nach Osten», экспансии на Восток, которую начали Иоанн Куркуас и Никифор Фока[227]. Разгром армии египетских Фатимидов в битве при Александретте, который учинил Иоанн Цимисхий весной 971 года, позволил ромеям вскоре начать масштабное вторжение в Евфратисию и Сирию. Примечательно, что в битве при Александретте Иоанн Цимисхий применил тот же маневр, который спустя век применит Алексей Комнин против Никифора Василаки в битве на реке Вардар и против Боэмунда Тарентского в битве у Кастории. Ромеи покинули лагерь, наполненный вином, жареным мясом, фуражом для коней, сундуками, которые были доверху набиты золотыми номисмами, и оступили, а когда алчные арабы бросились грабить лагерь, утратив всякую дисциплину, византийские катафракты атаковали рассеявшихся по лагерю воинов халифата и устроили настоящее «избиение младенцев»[228]. В 975 году конница Иоанна Цимисхия захватила Мемпеце, Эмесу (Хомс), Гелиополь (Баальбек), Апамею, Дамаск, Тивериаду, Назарет, Кесарию Палестинскую, Акру, Сидон, Бейрут, Библ, Триполи, Гаваон; очистила от мусульманских войск всю Сирию, Финикию и значительную часть Палестины[229]. Как писал сам император Иоанн Цимисхий армянскому царю Ашоту III Багратуни, византийская армия прошла у подножья горы Фавор – места Преображения Спасителя, и подошла к Иерусалиму, но император отказался от штурма города и атаковал приморские замки, в которых укрылись египетские войска. В Гелиополе византийцы захватили множество арабских девушек и детей, которые были угнаны в Византию, а также несметное количество золота, серебра, скота, великолепных арабских коней в роскошной сбруе и т. д. В Ливане ромеи также захватили большое число местных арабов, которые были обращены в рабство и розданы солдатам Иоанна Цимисхия. Конница императора наносила египетским войскам поражение за поражением, очищая от неприятеля огромные территории[230]. Могущество Фатимидов было сломлено, и Византийская империя на много десятилетий укрепила свое положение на Ближнем Востоке.