Охотница на змей (СИ)

— Ага. Орочимару-сама прочитал мне целую лекцию о технике безопасности, но, видимо, что-то придётся постигать на собственном опыте. Хорошо, что мы пошли вместе. Одной мне было запрещено уходить далеко от станции. А с вами получился такой интересный маршрут, и так много змей! — с трепетом произнесла Сакура. Эти слова подогрели и без того бурлящий поток охвативших чувств.

— Ага. — Саске продолжал сдерживаться. — И вдвоем гораздо удобнее их ловить. — Он провёл по ее волосам — от липкой субстанции не осталось и следа. — Так, кажется, все. — В голову стучала только одна мысль: «Пора».

— Спасибо, — Сакура встала.

 

Тут совсем рядом раздался пронзительный скрежет, притормозивший волнующую неизбежность момента и напоминающий царапание ножа о фарфор. Их налобные фонарики были одновременно переведены на источник звука: на ближайшем кустарнике сидела маленькая рыжеватая амфибия.

— Это какая-то квакша, — сказал Саске и, быстро достав из рюкзака фотоаппарат со вспышкой, успел сделать несколько кадров. В следующее мгновение та уже исчезла в молниеносном прыжке в темноте густых зарослей кустов.

 

Перекинувшись еще парой фраз, Саске и Сакура пошли дальше. Квакша помогла переключиться, немного прийти в себя, и Саске решил, что сейчас будет лучше продолжить ночную охоту, а запланированный разговор начать несколько позже.

 

Через некоторое время они свернули в сторону от тропы и принялись обследовать массив переплетающейся растительности на предмет длинных ползающих существ. В процессе поисков беседа зашла о насекомых и их фантастическом многообразии, на что Сакура посетовала, как мало существует по сравнению с ними видов змей.

— Зато тем ценнее находка каждой новой змеи, — подметил Саске, переводя на нее взгляд.

С одухотворенностью на лице Сакура сделала шаг в его сторону, но неожиданно обо что-то споткнулась и, потеряв равновесие, схватилась за лиану, обвивающую ствол растущего рядом дерева. Все произошло в считанные мгновения, и Саске никак не успел на это среагировать. В следующую секунду она вскрикнула и с застывшим ужасом в глазах упала на землю, разжимая кулак, из которого моментально выползла ярко-зелёная змея.

 

— Сакура! — взрывной волной вырвалось из груди ее имя. Сердце билось с бешеной скоростью, тело охватила паническая дрожь, а в голову стучалась единственная мысль: «Только бы блестящая остроголовая». Нужно было срочно это проверить, и в зависимости от результата принять дальнейшие меры.

— Саске, — слетело с ее губ в ответ его имя. — Срочно поймай змею! Не упусти!

— Разумеется! От этого будут зависеть наши действия. — Имела значение каждая секунда и он, молниеносно прижав змею к земле крючком, с бешеной скоростью принялся исследовать под лупой извивающееся тело. — Подожди…

— Это же виды-двойники… — со страхом в голосе произнесла Сакура. Саске наконец добрался до нужных чешуек и готов был кричать от радости: они были узкие и длинные, как у неядовитой блестящей остроголовой.

— Это точно блестящая остроголовая змея! — воскликнул Саске, чувствуя, как облегчение стремительно вытесняет стресс и тревогу. — Она безопасна!

— Но это же виды-двойники, — с сомнением повторила Сакура. — Объясни, как ты понял, что это именно блестящая остроголовая? — Саске только сейчас осознал, что они перешли на «ты» и уже назвали имена друг друга. Под влиянием безумного волнения и зашкаливающего адреналина все это произошло на автомате, а следующие мгновения были сосредоточены целиком на змее. Сколько бы Саске ни строил планов о смены формы общения и не заготавливал бы в голове подходящих фраз, все произошло вопреки теориям и по воле случая, к счастью, не ставшим роковым.

— Не спрашивай сейчас, просто поверь. — Саске не собирался открывать ей эту тайну до выхода статьи. Поймав себя на мысли, что общаться в новой форме на удивление легко, он спрятал змею в мешок. — Расскажу тебе в другой раз. Это точно она, Сакура, — снова назвал он ее имя, которое было чертовски приятно произносить при обращении к ней.

 

Казалось, нужный момент теперь точно настал, и пришла пора переводить отношения со ступени, на которую их внезапно загнала змея, на следующую уже самому. Заметив, как Сакура смахивает слезу, Саске охватила невероятная нежность, и он, сев рядом, бережно взял ее руку и начал осматривать.

— Как ты себя чувствуешь?

— Кажется, боль стихает, — рассеянно ответила Сакура. Саске ощутил исходящую от нее дрожь, и сердце пропустило удар, однако в голову тут же стукнула трезвая мысль о дезинфекции и лекарстве.

 

— Хорошо, но все равно стоит принять антигистаминное и обработать место укуса антисептиком. — Оторвавшись от Сакуры, он полез в рюкзак и, достав спрей, сбрызнул рану.

— Саске, — произнесла она его имя, звучание которого ее голосом услаждало слух.

— М?

— Кажется, кто-то идет. — Стараясь скрыть досаду, он поднял голову. Неужели момент опять испорчен? Изуми бы на это точно сказала, что, согласно гороскопам, пятница двадцать седьмого июля крайне неудачный день для проведения подобных разговоров.

 

Вскоре перед ними появился Кабуто. Как всегда вежливый и любезный, он интересовался самочувствием Сакуры, толкал успокаивающие речи и даже предложил свое более совершенное антигистаминное. К удовольствию Саске, прежде чем брать, она посмотрела на него, будто ища одобрения. Несмотря на раздражение, вызванное приходом и вмешательством соперника, Саске не видел причин возражать: отказываться от более качественного средства было глупо. Когда он изъявил желание взять вещи Сакуры, тут тоже не обошлось без Кабуто: тот моментально предложил разделить ношу на двоих. Понимая, что так действительно будет удобнее, особенно если они встретят змей, для ловли которых потребуется хотя бы одна свободная рука, Саске снова выразил согласие.