Королевский двор Франции в эпоху Возрождения

Внутренние помещения замка-дворца, в дневное или ночное время охраняются лейб-гвардией, капитаны которой «обычно следят за королевскими палатами и внутренними помещениями. Когда после обеда король удаляется в свои апартаменты, к королеве или дамам, стрелки обычно несут охрану залов возле лестниц, и во дворе, с тем, чтобы пажи и лакеи не играли бы в азартные игры, что они обычно делают в замке, не злословили и не богохульствовали». Екатерина также предлагала это закрепить законодательно: «Нужно обновить старинные ордонансы, и издать собственные, установив примерные наказания, чтобы каждый боялся»[689]. Очевидно, что к началу правления Генриха III дисциплина среди служащих, особенно низового уровня, оставляла желать много лучшего, и хотя наказания (розгами) при дворе продолжали практиковаться, с временами прошлых царствований ситуация была не сравнима, что отражалось на королевском авторитете.

Письмо завершается пожеланием, чтобы «каждый вечер, с наступлением ночи, Главный распорядитель двора отдавал бы приказ гофмейстеру зажечь факелы во всех залах и коридорах замка, в четырех углах внутреннего двора, и на лестницах», потому что в ночное время жизнь двора продолжала функционировать и требовалось освещение, прежде всего для обсуживающего персонала, равно как для отрядов военного дома короля.

Интересно, что Екатерина Медичи, поначалу вспоминая времена своего мужа и своего свекра как некий куриальный эталон, в конце своего послания уже не упоминает их и пишет о том, каким двор видит именно она. При этом королева-мать идеализирует порядки, царившие при Франциске I и Генрихе II, поскольку, повторимся, эти короли редко пребывали подолгу на одном месте, и соблюдать описанный ею церемониал при дворе было просто невозможно. Скорее всего, она собрала воедино все свои воспоминания об отдельных церемониях, порядках, ритуалах и должностных обязанностях, кстати, сделав это не в полной мере и довольно избирательно, поскольку пыталась показать своему сыну, с каких именно мер в рамках куриального реформирования нужно начинать в первую очередь, каким образцам стоит следовать и на какой результат можно рассчитывать. Анализ куриальных регламентов Карла IX, о чем пойдет речь ниже, покажет, что королева-мать в значительной мере опиралась также на их содержание, что доказывает еще раз датировку письма середины 1570-х гг. Екатерина была убеждена, что реформированный ее сыном двор станет средством замирения Франции, особенно после событий Варфоломеевской ночи и деконфессионализации религиозно-политического конфликта. Гражданские войны диктовали усиление мер безопасности королевской персоны, поэтому королева-мать так много времени уделила в своем письме военному дому короля, в деталях разбираясь в сфере ответственности каждого из подразделений, рассматривая его как силовой гарант всех куриальных преобразований короны. Порядок ежедневных церемоний как дисциплинирующее начало для всего двора Франции Екатерина рекомендовала закрепить законодательно. Генрих III в своих регламентах 1578–1585 гг. учел все до единой рекомендации своей матери, на короткий момент сумев их воплотить в жизнь. Однако, подчеркнем вновь, в своих преобразованиях он лишь следовал своему брату Карлу IX, не такому успешному в куриальных реформах, но вполне последовательному и готовившему соответствующую почву для преемников на троне.