Запрет на безумие

Под аккомпанемент ненормативной лексики догмар справился. Ему было больно, мучительно больно. Но, прикусив губу до крови, под рычание и пошлые стоны, он показал себя молодцом и преодолел не позволявший сдвинуться с места барьер.

А затем отлетел к стене: Самаэль, спрыгнув на пол, занялся им вплотную.

Теперь его игнорировать не будут.

Сейчас Самаэль отошел в сторону, поднял с пола картонную коробку, которую принес с собой, и вернулся обратно.

– Поэтому я принес вот это, – опустив коробку к ногам своим, он достал три длинных синтетических шнура, – скакалки.

– Скакалки? – недопонял Никон, вопросом разбавив его долгий монолог. – Ты, должно быть, издеваешься…

– Вовсе нет.

Частично.

Он кинул каждому по компактному узлу.

– Будем проверять вашу выносливость, и скакалка – простейший способ это сделать.

Догмары смотрели с недоверием, по-прежнему полагая, что над ними смеются. Что ж, имели право, так как истина в предположениях была: существовало множество способов проверить физическую форму, да хотя бы бегать заставить – по пропитанной керосином подстилке с запущенным следом огнем, – но Самаэль выбрал наиболее унизительный.

В то же время ему на самом деле необходимо было понять, на что они способны. На данный момент догмары представлялись жалкими, излишне самоуверенными неудачниками, которым не помешало бы включать голову, прежде чем что-либо делать. Однако недооценивать их, действительно, не стоило, так же как полагать, что Лисандр безосновательно стал бы разбрасываться незаслуженными комплиментами. Да Самаэль вообще сомневался в его способность хвалить, а значит, троих этих следовало хорошенько изучить. Что и собирался делать Самаэль. Постепенно, потягивая время.

Пройдя мимо кучки тренажерных снарядов, Самаэль подошел к деревянному обшарпанному стулу, что стоял у стены, схватил его и, поставив в центре зала, на место своей прежней стоянки, уселся напротив догмар.

– Начинайте.

Догмары не шевелились, а лишь, сдерживая эмоции, в попытках сохранить былое достоинство, посматривали по сторонам.

Самаэль забросил ногу на ногу.

– Начинайте, – с тихим нажимом повторил он. «Вам что-то не понятно?» – говорил он глазами.

Догмары вперили в него ядовитые взгляды, без слов сообщавшие, что мужчины о Самаэле думали – хорошего в этих мыслях нет. Однако смирились – были вынуждены, потому, переглянувшись между собой, начали прыгать.

Вот она – власть, – Самаэль, оскалившись, наблюдал за потугами своих подопечных. Как хорошо ее иметь, в особенности над этими ублюдочными созданиями. Пускай и дарованную на время, да кем – Лисандром, ощущения при этом горче не становилась.

Пятьдесят… Шестьдесят…Сто…

Происходящее начинало ему нравиться.

Сто пятьдесят… Двести… А прошло полторы минуты. Зачем так гнать? Вероятно, считают себя всемогущими, либо усталость к ним не приходит? Хм, они просто не знают, сколько он собирается их гонять.