Слухи, образы, эмоции. Массовые настроения россиян в годы войны и революции, 1914–1918

Положение Совета министров от 30 сентября 1914 г., отменявшее отсрочки от призыва в армию, было встречено российскими студентами с большим энтузиазмом. Как сказано выше, «Временные правила об отбывании воинской повинности воспитанниками учебных заведений, удаляемыми из сих заведений за учинение скопом беспорядков», принятые в июле 1899 г., привели к массовому протестному студенческому движению, вылившемуся в бунт студентов Харькова, Москвы и Петрограда в феврале 1901 г. Генерал А. И. Спиридович отводил им видное место в политической истории начала века: «Студенческие беспорядки 1899–1901 гг. послужили началом того общественного движения, которое, нарастая затем постепенно, захватывало все новые и новые слои населения, слилось с революционными и вылилось в первую, 1905 г., революцию, принесшую России хотя и несовершенную, но все-таки конституцию»[570]. Отмена отсрочек в сентябре 1914 г., наоборот, приводила в восторг новоиспеченных патриотов.

Вероятно, объединяющей платформой для разных политических групп студентов становилась распространяемая пропагандой в обществе германофобия, которой волей-неволей поддавались молодые умы. Ксенофобские акции проходили в стенах учебных заведений. «Вечернее время» осветило «патриотическую манифестацию в университете» 3 октября 1914 г., которая, по существу, являлась хулиганской выходкой ксенофобски настроенных студентов по отношению к профессору римского права Карлу Фридриховичу фон Зеллеру, русскому подданному. Зеллер, как и многие отдыхавшие в Европе русские, после начала войны был задержан немцами, а когда вернулся в Петроград, то в первый же день чтения лекций в Императорском петербургском университете услышал в свой адрес выкрики студентов «Вон немцев», «Долой пруссаков», «Вам здесь не место»[571]. Занятия были сорваны, а об инциденте доложили министру народного просвещения Л. А. Кассо. Зеллера обвинили в том, что он симпатизирует немцам (назвал их «добродушной нацией») и плохо говорит по-русски. Был поставлен вопрос о дальнейшей судьбе этнических немцев в Императорском университете.