Гималаи говорят

Но страх, который поселился в сердцах людей, так быстро не уходил. Люди беспокоились обо мне. Им казалось, что находиться тридцать три дня в снегу невозможно. Но мое намерение было твердым. В меня верили жители Кхати, потому что перед ними был пример самадхи Сарвешварананды и Нагина Бабы, к тому же, к ним постоянно приходили святые отшельники. Жители Кхати наблюдали и самадхи, которое происходило в Багешваре. Посмотреть на меня приходили люди из самых отдаленных уголков страны. У меня уже был неоднократный опыт самадхи в течение нескольких месяцев. Тогда я находился в пещере. Но эти события прошли мимо внимания широкой общественности, потому что в то время я был в полном одиночестве. Что же касается этого самадхи, то его организовали люди, и поэтому они беспокоились обо мне. Ведь на них тоже лежала ответственность. Если со мной что-нибудь случится, то им придется отвечать перед обществом. Но на моем пути не было препятствий. Полностью подготовившись, я восемнадцатого июля попрощался с населением Кхати. Люди провожали меня с помпой, с музыкой и криками, под руководством Хаят Синха и Пратап Синха. Плакали все: и мужчины, и женщины, и дети. Из кувшинов они выливали на меня молоко, осыпали цветами. Они молились обо мне Матери Джагдамбе, чтобы я возвратился целым и невредимым. Невозможно описать всю глубину их любви, преданности и благоговейного трепета. Накаи был там вместе со съемочной группой, и он запечатлел этот момент на пленку. Из Кхати я прибыл в Чхали.

В Чхали находится место слияния рек Пиндар и Капхани. Там был охотничий домик, где нас разместил его охранник, Кхушхал Синх. На следующий день через Пхаррукию мы добрались до пещеры. Эта пещера, находящаяся в самом сердце заснеженных гор, представляла собой поистине чарующее зрелище. Неподалеку от этой пещеры и было оборудовано место для моего самадхи.