Рожденный в огне «Феникс» [CИ]

— Прошу прощения, что прерываю вашу, несомненно, интересную и важную беседу, — сказал я намеренно слегка насмешливо, чтобы скрыть собственное смущение, — только мне хотелось бы провести сейчас собрание командного состава, так что Лизе придется пойти со мной. А ты, Николь, если не затруднит, пригласи всех наших мехвоинов и пехотных офицеров в столовую, где мы соберемся.

Мадемуазель Шапсо кивнула и, попрощавшись с Уинстон, ушла, а Лиза молча пошла рядом со мной.

— И о чем это вы там шептались? — полюбопытствовал я по возможности небрежно. — Или это страшная тайна из разряда «между нами, девочками»?

— Вообще-то да, — вздохнула моя спутница, — но, боюсь, мне придется тебе обо всем рассказать, хотя меня просили не делать этого, по крайней мере, сейчас.

— Хм, любопытно.

— Проблема в Шпильмане.

— Так… Вот это действительно интересно. Неужели Николь сама заметила что-то странное?

— Не она — Циммер. Ты зря скрыл от нее свои подозрения насчет этого снабженца. Анжела — девочка умная и наблюдательная, да и интриги ей совсем не чужды, я бы даже сказала, что они ей очень нравятся. Роль «подсадной утки» при необходимости она легко сыграет.

— Начало рассказа уже весьма многообещающее, — проворчал я. — Ну, продолжай, не томи!

— В общем, едва она вышла с часа два тому назад из казармы, как к ней сразу же подошел Шпильман и снова принялся обхаживать. Подарил довольно дорогие духи, наговорил кучу комплиментов и о ее внешности, и о храбрости, а затем незаметно перевел разговор на прошедший бой, причем интересовался прежде всего повреждениями, которые получили мехи отряда, сможем ли мы сами их исправить и когда это произойдет. Трофей наш его очень интересовал, а пленница даже еще больше. Допрашивали ли мы ее уже, и что она при этом сказала. Анжелу такое любопытство насторожило, так что она постаралась отговориться общими фразами, а сама потом поделилась возникшими сомнениями со своей подругой Николь. Та ничего посоветовать ей не смогла, но сама по своей инициативе обратилась ко мне.