На краю одиночества [litres]

– А ты молчи, ясно?

Ответить ей не позволили. Чужая воля ожила, но теперь она ощущалась не сетью, скорее паутинкой, сорвать которую Анна могла бы без особых усилий.

– Спи, Олег, – княгиня Холмогорова коснулась щеки сына.

– Я не хочу… я не хочу опять…

– Надо, дорогой… но ты спи, а потом все наладится. Все будет как раньше, веришь?

Из глаз Олега потекли слезы, плечи его мелко вздрагивали, и он все повторял:

– Я не хочу больше… больше не хочу… не надо… пожалуйста, не надо…

– Спи, – этот приказ заставил его смежить веки. – Видишь?

Евгения обратила высочайшее внимание на Анну.

– Это из-за тебя он болен. Но ничего, еще немного – и он выздоровеет, а я… я смогу вернуться.

Куда?

Но вопрос Анна оставила при себе. Хлопнула дверь, заурчал мотор. Княгиня сама села за руль? Это совсем не удивило. Тронулась она мягко, но Олег все равно покачнулся.

А Ольга знает?

Нет. Не должна, иначе она тоже была бы здесь. А выходит… забыли? Оставили? Или, возможно, она просто предпочла не знать. С людьми бывает, когда они забывают открыть глаза.

Олег во сне всхлипнул.

И Анна осторожно коснулась влажной его щеки, стерла слезы, вытащила шар и, приложив к шее, подождала, пока он нагреется.

А вот с княгиней?

Приложить?

Ждать? Или хватит признания? Если, конечно, Холмогорова захочет признаваться. Вряд ли…

– Анна? – Олег вдруг очнулся ото сна. – Все-таки она тебя… она умная. И хитрая. Она всем кажется слабой, а на деле… знаешь, она сожрала отца. Не того, который наш, а… но я его любил. А он меня. По-своему, конечно, потому что знал, что ребенок чужой.

Он поерзал. Рукой мазнул по рту, подбирая слюну.

– Я пьян… и в последнее время постоянно. Но так легче. Я хочу ее остановить, а не получается… слабый я… Ольге надо замуж. За некроманта.

Анна чуть склонила голову.

– Он защитит, хотя… тебя вот не спасло, но ты – другое дело, тебя бы она не тронула, если бы… до чего все сложно.

Пусть расскажет.

Пока едет мотор. Он неторопливый, ибо княгиня осторожна и не желает привлечь внимание, так что есть время. Немного.

– Послушай. Тут будет поворот перед домом. Она сбросит скорость. Она всегда сбрасывает, и тут… привычка. Я тебя выкину, а ты беги. Постарайся… беги и…

– Нет, – шепотом произнесла Анна и прижала палец к губам.

Она не собиралась раскрываться, но с этого спасителя и вправду станется выкинуть ее из экипажа на ходу.

– То есть ты… матушка… конечно, нет.

Олег замер, раздумывая, как поступить. И с ним замерла Анна. Она вдруг испугалась, что сейчас он крикнет, или постучит в стекло, разделяющее кабину водителя и салон, или сделает еще что-то. Но… плечи опустились.

– Это и вправду давно следовало бы остановить.

– Когда все началось?

– Когда умер дед… То есть со мной всегда что-то было не так…