Дю Геклен
- Автор: Минуа Жорж
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Самиздат
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Дю Геклен». Краткое содержание книги:
Война за бретонское наследство и Столетняя война предоставили этому мелкому бретонскому дворянину идеальные условия для проявления своих талантов военачальника: в течение сорока лет он сражался от Шербура до Севильи и от Бреста до Тараскона. Начав как простой командир партизан в лесу Броселианд, Дю Геклен совершил впечатляющий подъем по социальной лестнице, став коннетаблем Франции, советником принцев и королей, личным врагом Черного принца и короля Наварры Карла Злого. Верный, умелый и храбрый, но в то же время жестокий и безжалостный коннетабль имеет только одну страсть: войну.
Роль Дю Геклена в военной истории обусловлена его способностью к новаторству, умением изобретать уловки, приспосабливаться к обстоятельствам, чтобы удивить врага. Он знал, как примирить обычаи рыцарской войны с реализмом войны наемников. Таким образом, этот неутомимый воин избавил Францию от отрядов беспокойных наемников, возвел Энрике Транстамарского на трон Кастилии и изгнал англичан почти со всей с территории Франции.
Жорж Минуа стряхивает пыль с полумифического образа Дю Геклена, чтобы показать его личность и роль в истории Франции.
В оформлении обложки использована миниатюра Ж. Фуке из Больших французских хроник (XV вв.) изображающая вручение Карлом V меча коннетабля Франции Бертрану Дю Геклену.
"Французская" армия прибыла на правый берег реки Эвр. Утром 16-го числа она продвинулась к Кошерелю, находясь в виду наваррцев. Затем командиры собрали совет, чтобы решить два деликатных вопроса: какой боевой клич использовать, и кто должен осуществлять общее командование? Эти две проблемы были связаны между собой, поскольку боевой клич должен был олицетворять главнокомандующего. Именно в утро битвы, в нескольких сотнях метров от противника, встает вопрос о том, кто будет командовать в этот день, что оставляло счастливчику мало времени на приготовления. То, что может показаться нам смесью игры и импровизации, на самом деле происходило от путаницы, которая все еще существовала между прерогативами по рождению и боевыми заслугами. В противостоящей армии напротив этот вопрос не возникал, так как капталь де Бюш был и самым крупным из собравшихся сеньором, и очень опытным военачальником. Но с французской стороны на верховное командование могли претендовать несколько человек, и дискуссия была долгой и жаркой, как сообщает Фруассар. Самым крупным сеньором был граф Жан де Шалон-Осер. "Граф де Осер, — сказали ему, — из всех присутствующих здесь господ вы владеете самым большим состоянием, богаты землей и имеете самое высокое происхождение — именно вы должны быть нашим командиром". Это замечание, переданное Фруассаром, показывает, до какой степени идея наследственности в военном деле укоренилась в дворянстве: молодой граф де Осер, для которого предстоящая битва была первой, и не имевший ни опыта и плана, считался естественным командиром, в силу своего происхождения, и можно только восхищаться наивностью этих воинов, которые спонтанно предлагают вверить судьбу битвы, а значит и свою собственную, в руки этого неофита! Поэтому они предложили боевой клич "Нотр-Дам, Осер!"
Это предложение, несомненно, было бы принято в другие времена. Но, в связи с эволюцией менталитета и началом профессионализации военного дела, граф Осера взял самоотвод и предложил выбрать вместо себя одного из опытных капитанов, имеющихся в армии:
Господа, — говорит за него Фруассар, — я очень благодарен за честь, которую вы мне хотите оказать; но так как в настоящее время я этого не хочу, ибо я еще слишком молод, чтобы нести такое большое бремя и такую честь; к тому же это первое сражение в котором мне предстоит участвовать, поэтому выберите другого, а не меня. Есть несколько хороших рыцарей, месье Бертран, месье Архипресвитер, месье магистр арбалетчиков, месье Луи де Шалон-Арле, месье Амье де Поммиер, месье Ударт де Ренти, которые не раз командовали большими отрядами и лучше меня знают, как следует управлять войсками.
Фруассар, кажется, указывает здесь на то, что выбор Дю Геклена не был самоочевидным. Обсуждение было долгим: "Они переглянулись между собой и долго обсуждали, какой клич они будут кричать в этот день и под каким знаменем или вымпелом они будут атаковать". В итоге был выбран сир Бертран Дю Геклен, "как лучший рыцарь среди присутствующих, который сражался своей рукой, и который также лучше знал, как следует вести такие дела". Поэтому боевым кличем дня стало "Нотр-Дам, Геклен!"
С этого момента Бертран стал командовать с удивительной уверенностью и властностью. Он впервые командовал такой большой армией и впервые вел ее настоящую битву. Хотя численность подчинившихся ему войск может показаться небольшой, но среди них были знатные сеньоры и опытные капитаны. Его долгая служба в армии приучила Дю Геклена руководить людьми, и здесь он делал это естественным образом, прекрасно ориентируясь в обстоятельствах и на местности.
Дю Геклен разделил армию на три баталии и арьергард. Первая баталия, возглавляемая Дю Гекленом, состояла из бретонцев: Оливье, Эрве и Эона де Манни, Алена де Сен-Поля, Эсташа и Алена де Ла Уссе, Роберта де Сен-Пера, Гийома дю Халле, Оливье и Жана Фейронов, Сильвестра Буде; ей предстояло сражаться против капталя. Вторая баталия, которой предстояло биться с Джоном Джуэлем, состояла из французов, нормандцев и пикардийцев под командованием графа Осера с виконтом Бомоном, Бодуэном д'Аннекеном, Ударом де Ренти и Ангерраном де Эсденом. Третья баталия, которой суждено было встретиться с Бастардом де Марей состояла из бургундцев под предводительством Луи де Шалона с Жаном и Гуго де Вьенном, Ги де Трели. Особенностью диспозиции являлось наличие арьергарда, в котором были сгруппированы гасконцы. Предполагалось ли, что это будет резерв, который будет использоваться только в случае необходимости, как это стало практиковаться в некоторых армиях? Или гасконцам не доверяли? В хрониках об этом ничего не сказано. Фруассар заставляет их играть важную роль в битве, но поскольку он получил информацию о сражении при Кошереле от гасконского герольда, мы подозреваем, что его рассказ предвзят в их пользу.