Реактор. Черная быль

Получив на выполнение задания председателя Комитета двое суток, Артем Валерьевич первым делом затребовал из архива уголовное дело Г. Л. Строганова, оба – и первый, и последующий – приговоры суда, затем счел необходимым вызвать к себе поочередно сотрудников милиции Осокина и Фролова. Поняв, что земля горит под ногами и нужно спасать собственные шкуры, они, не сговариваясь, заявили, что действовали в строгом соответствии с указаниями майора госбезопасности Слащинина и самостоятельных решений не принимали. Фролов даже договорился до того, что в детали операции «Катран» его вовсе не посвящали, велели организовать облаву, он и организовал, а больше знать ничего не знает.

– Понятно, – не без иронии заметил Бобков. – Вы действовали исключительно по наитию, руководствуясь оперативным чутьем.

– Во-во, так и запишите, – наглость не изменяла Фролову ни при каких обстоятельствах.

Поговорив с ментами, Артем Валерьевич счел необходимым, хотя время поджимало, встретиться с адвокатом Даниловым. После этой встречи неприглядная картина сговора стала ему ясна полностью.

Явившийся в инспекцию Слащинин был ошеломлен, когда майор своим тихим, лишенным эмоций голосом рассказал ему такие подробности, будто он незримо находился рядом с заговорщиками.

– Вас, Слащинин, самого надо судить. И не только за клевету на честного человека, но и за вредительство, – высказался Бобков, хотя обычно избегал таких категоричных формулировок. – Впрочем, об этом судить не мне. Данными мне руководством полномочиями временно отстраняю вас от занимаемой должности, до окончательного решения данного вопроса.

– Вы не имеете права! – фальцетом взвизгнул подполковник. – У вас нет таких полномочий. И вообще, причем тут вредительство!

– По поводу моих полномочий вы можете осведомиться в секретариате председателя Комитета. Что же касается вредительства, так оно очевидно. Своими противоправными по сути и грязными по существу действиями вы нанесли стране очевидный вред, изолировав ценного специалиста. Сдайте удостоверение.

Слащинин был уволен из органов госбезопасности в одночасье. По-тихому. Ни о каком судебном разбирательстве и речи быть не могло. На КГБ за последнее время чертовы демократы обрушили и так множество нападок, чтобы Чебриков мог позволить вынести сор из избы. По той же причине составленное Боковым ходатайство о пересмотре «дела Строганова» было отправлено «под сукно», а вернее, в самую потаенную папку личного сейфа председателя КГБ.