Шах одноглазому королю

— Я не знаю, где такой магазин. — ответила Томская.

Ее ответ меня несколько расстроил.

— А ювелиры знакомые есть?

Она посмотрела на меня с удивлением:

— Можете внятно объяснить, что вам конкретно нужно?

— Адрес. — ответил я коротко.

— Что ж, извольте, — Томская обиженно повела плечами, — ул. Боровая, 32.

— Это адрес ювелира? — уточнил я. — Как его зовут?

— Его зовут, молодой человек, — не скрывая сарказма, ответила Томская, — Государственный завод № 2.

Это проблема. На заводе мне не хлористого железа отсыпят, а лет пять лагерей. Как я им объясню свою просьбу? Скажу, что шифровку нужно прочесть? Не вариант.

— Можно попробовать спросить у Павла Александровича, где ваш магазин художника, мы с ним в приятельских отношениях. — предложила Томская.

— Кто этот Павел Александрович? — быстро поинтересовался я.

— Художник. — ответила Томская. — Шиллинговский Павел Александрович (Павел Александрович Шиллинговский (16 (28) февраля 1881, Кишинёв, Бессарабская губерния — 5 апреля 1942, Ленинград) — советский гравёр, живописец, педагог. Представитель академической школы)

— Художник? — переспросил я тут же. — А в какой технике он работает?

Томская снисходительно хмыкнула:

— Ваше невежество меня порой поражает. Он гравер. Офорт, ксилография.

То, что нужно:

— Где он живет?

— Живет он далеко. Тучков переулок. — ответила Томская. — Это на Васильевском острове. Можно попробовать ему позвонить.

— Позвоните. — сказал я.

— Что я должна у него спросить? — графиня наклонила голову и заглянула мне в глаза.

Если скажу, чем мне это может помешать? Ничем.

— Мне нужно хлорное железо.

Она посмотрела на меня с таким удивлением, что я слегка охренел.

— Хлорное железо? — переспросила графиня. — Это все?

— Да. — согласился я. — Спросите у него, может ли он дать мне водный раствор хлорного железа.

Графиня весело улыбнулась:

— Я не перестаю удивляться вашим с Жанной странностям. — она открыла ящик стола и достала оттуда инкрустированную раковинами шкатулку. — Она тоже спрашивала у меня хлорное железо. Неужели вы тоже внезапно порезались?

— Что? — настал мой черед недоумевать.

Она открыла крышку шкатулки и подала мне маленький пузырек с коричневой жидкостью и ватный валик:

— Держите.

Красивая у нее аптечка. Я взял пузырек, а вату сунул в карман.

— Что вас так рассмешило? — решил поинтересоваться я.

— Если я правильно поняла происходящее, — графиня встала, обошла стол и подошла ко мне, — аспирин и хлорное железо и являются симпатическими чернилами с проявителем, которые все время находились у меня под рукой, а догадались о них, почему-то вы, хотя о хлорном железе вы не знаете ничего.

— Почему вы так решили? — поинтересовался я, потому что мне реально было интересно узнать, откуда она-то знает об этом реактиве, не являясь ни художником, ни, тем паче, радиолюбителем.