Светильник, зажженный в полночь, и другие пьесы
- Автор: Стейвис Барри
- Год: 1980
- Язык: русский
- Год: Прогресс
- Переводчик: Георгий Павлович Злобин
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Светильник, зажженный в полночь, и другие пьесы». Краткое содержание книги:
Творчество Стейвиса отмечено масштабностью и остротой проблематики, выразительностью характеров, актуальностью сценических коллизий. Его пьесы — это драмы идей, здесь обретают голос известные исторические личности — Галилей, Джо Хилл, Джон Браун.
СЕНАТОР МЕЙСОН. За такого две с половиной ничуть не дорого. Я его сам растил, с детских лет. Пестовал, как родного сына.
ГУБЕРНАТОР УАЙЗ. Вы все знаете моего Генри. Парню двадцать три года, сто восемьдесят фунтов чистого веса, зубы волчьи, здоров как бык…
СЕНАТОР МЕЙСОН. Нам нужно уничтожить имущество, представляющее собою ценность. Мой Нед — прекрасный кузнец.
ГУБЕРНАТОР УАЙЗ. А мой Генри — прекрасный плотник. И вы за Неда хотите никак не меньше двух с половиной тысяч, а я своего Генри уступлю за…
СЕНАТОР МЕЙСОН. Господа, не будем торговаться. Тут речь идет о принципе. У меня, губернатор, естественно, и в мыслях нет сорвать куш побольше.
ГУБЕРНАТОР УАЙЗ. Естественно нет, естественно.
СЕНАТОР МЕЙСОН. Если ваш Генри — более ценное имущество, чем мой Нед…
ГУБЕРНАТОР УАЙЗ. Да нет же, дорогой мой, нет!
СЕНАТОР МЕЙСОН. Ну хорошо, значит, порешили на том, что это будет Нед… Поверьте, мне в самом деле очень досадно его терять, но когда положение складывается так, как сейчас…
ПОЛКОВНИК ВАШИНГТОН (с неподражаемой иронией). Какая, заметьте, самоотверженность, какое бескорыстие — интересы общества прежде всего! Так и подобает добрым христианам.
СЕНАТОР МЕЙСОН. Две с половиной тысячи. В удобные для вас сроки жду ваших чеков, господа.
XАНТЕР. Мне совершенно неважно, кого повесят — Неда, или Генри, или того и другого. Нападение было извне — с Севера. Старик, этот самый Джои Браун, — вот что важно. Что нам известно о нем? Beлико ли его войско? Где оно, это войско? Что они представляет собой — первый отряд армии белых северян? Суждено ли Виргинии стать полем первого боя гражданской войны? Дошло ли наконец уже до этого — до гражданской войны? Вот те вопросы, которыми мы должны заняться, и тотчас же. (Раскладывает разные карты). Все сходится! Взгляните на его план! Взгляните на эти карты! Численность населения, белых и рабов, округ за округом, в каждом южном штате. Я разложу их для вас соответственно географическому положению. Перед вами возникнет четкая картина.
ГУБЕРНАТОР УАЙЗ. Как удачно, что мы нашли этот саквояж.
ПОЛКОВНИК ВАШИНГТОН. Он вовсе не собирался, продержавшись какое-то время в Харперс-Ферри, отходить назад в Мэриленд. В Харперс-Ферри он только сделал остановку на пути в горы. Он был намерен захватить из арсенала оружие и боеприпасы, а затем двинуться в горные дебри Юга и вести партизанскую войну.
XАНТЕР. Да, вы правы. Вот посмотрите на карты. Горы обеспечили бы ему свободу действий: оттуда он мог бы совершать набеги в долины, забирать рабов и вновь уходить в горы, продвигаясь все дальше к Югу.
ПОЛКОВНИК ВАШИНГТОН. Боги великие! Нет, вы только взгляните! Временная конституция вновь созданного государства: президент, кабинет министров, регулярная армия, статья о войне — все честь честью.
XАНТЕР. Сейчас же идемте и, пока старик еще жив, учиним ему допрос. У него там сейчас доктор Старри.
Все направляются в комнату казначея и, когда свет гаснет и освещается казначейская, застывают на местах. Джон Браун лежит на соломенном тюфяке. Рядом с ним на таком же тюфяке лежит Кейджи. Доктор Старри кончает делать Джону Брауну перевязку.
ДОКТОР СТАРРИ. Капитан Браун, я сделал для вас все, что может предложить медицина.
ДЖОН БРАУН. Благодарю вас, доктор Старри.
Доктор Старри уходит. Джон Браун и Кейджи протягивают друг другу руки, но их тюфяки недостаточно близко. Еще чуть-чуть, и они соприкоснулись бы пальцами. Протянутые руки бессильно падают, потом тот и другой убирают их.
ДЖОН БРАУН. Полный крах. Я — предатель пред богом и людьми.
КЕЙДЖИ. Не будьте к себе столь суровы.
ДЖОН БРАУН. Есть у вас какие-нибудь сведения о наших?
КЕЙДЖИ. Ружейные мастерские отбили снова. Стивенс и Тейлор убиты. Коупленда и Грина взяли в плен.
ДЖОН БРАУН. Грех мой безмерен, ему нет прощения.
КЕЙДЖИ. Не надо, мой командир.
ДЖОН БРАУН А что случилось с другими?
КЕЙДЖИ. Ньюби… Ньюби… я все видел. Примерно через час после того, как ему отрезали уши, пришли несколько человек и стали исполнять вокруг него что-то похожее на воинственный танец, вонзая ему в живот острые колья.
Далее их реплики, перемежаясь, образуют единое целое, в котором, однако, каждый ведет свою тему.
ДЖОН БРАУН. Господи боже, зачем ты не дал мне умереть?