Электронная книга - «Итан и Джоэл Коэны: Интервью: Братья по крови / Сост. Пол Э. Вудс». Краткое содержание книги:
Насчет Сциллы и Харибды я был не так уверен.
— Сцилла и Харибда? Где они были? — задумывается Итан.
Водоворот в конце, разумеется?
— А, — отзываются братья, — ладно, водоворот.
Итан впадает в меланхолию.
— А, да, конечно, Сцилла и Харибда, — говорит Джоэл. — Фильм очень, знаете ли, избирательно основан на «Одиссее».
Журналисты часто сетуют, что у Коэнов нет смысла выпытывать что-либо: они ничего не выдают.
За ними закрепилась репутация немногословных, загадочных типов, которые делают загадочные фильмы. И все же фильмы в большой степени говорят за себя, они безупречно доступны, даже если вы не уловите все отсылки к старым картинам и бульварному чтиву. Единственное, что по праву кажется ненормальным в работе братьев, — это широта их воображения: они умудряются разведать именно те образы и культурные отсылки, которые обычно лежат вне сферы компетенции современного американского кино.
Нет ничего странного, если подумать, в том, чтобы решить поместить криминальный триллер в заснеженную Миннесоту, как братья сделали в «Фарго», и придумать злодеев, которые расслабляются, посещая концерты Хосе Фелисиано, — просто понадобились Коэны, чтобы об этом подумать. Каждый коэновский фильм описывает настолько тщательно разработанный мир, что в каждом из них возникает уникальный микроклимат; в каком-то смысле братьям действительно не нужно добавлять особых пояснений. Отсюда, возможно, и чувство, что, давая интервью, они осознают всю бесплодность затеи.
Вот они снова в Каннах, сидят в казино наверху отеля «Карлтон», и, хотя они уже побывали тут несколько раз, кажется, будто они не на своем месте. Старший брат, Джоэл, выглядит так, словно уже надавал интервью на всю оставшуюся жизнь, а Итан — словно у него их ни разу в жизни не брали. Джоэл словно нарядился для роли остромодного городского автора, но потом растрепал свой костюм за одно непростое утро, волосы до плеч завиты тщательнее, чем раньше, черная рубашка может быть или очень дешевой, или очень дорогой, борода и глухое бормотание напоминают Фрэнка Заппу, и он постоянно с отсутствующим видом оглядывает комнату, как будто интересуется, скоро ли обед.
Более дружелюбный Итан, в грязно-коричневой рубашке в клетку, конопатый, с чахлой бороденкой, широко и безостановочно улыбается, иногда исторгая хриплый смешок, и, кажется, находит удовольствие в различных, только ему понятных шутках, как будто они только что пришли ему в голову. Несмотря на помпезное заглавие, «О где же ты, брат?» — один из самых уютных и житейских фильмов, какие только породило в последнее время американское кино, хотя ему не хватает легкости манеры лучших комедий Коэнов.
Свое название он разделил с апокрифическим фильмом, задуманным голливудским режиссером-идеалистом, сыгранным Джоэлом Маккри в комедии Престона Стерджеса 1941 года «Путешествия Салливана». Салливан отправляется через всю Америку, чтобы собрать материал для своей серьезной стейнбековской драмы о бродяге, только чтобы сделать вывод: гораздо более благородное призвание — заставлять людей смеяться.
Но «Брат» Коэнов не совсем та картина, которую сделал бы Салливан.
— Он притворяется большим, важным фильмом, — говорит Итан, — но его помпезность, очевидно, комическая. Он есть то, что есть, то есть комедия. В «Путешествиях Салливана» есть интермедия с каторжными работами, но на этом все.
«О брат» — еще один пример коэновского пристрастия к историческим фильмам: и «Перекресток Миллера», и «Бартон Финк», и «Подручный Хадсакера» исследовали прошедшие эпохи, и даже их предыдущий фильм, «Большой Лебовски», несколько отстоит от своего времени: действие там происходит в начале 90-х, а не в 98-м.
— Мы, как правило, делаем исторические штуки, — говорит Итан, — потому что это помогает на шаг отойти от скучной повседневной реальности.
Их новый фильм весьма исторически достоверен, не в последнюю очередь благодаря старомодному южному саундтреку — госпел, дельта-блюз и ранний кантри-свинг, — собранному автором-исполнителем и, в прошлом, соавтором Дилана, Ти-Боуном Бернеттом.
Одна из тем картины — согласованность довоенной американской поп-музыки с историей и политикой, на фоне которых трио странствующих арестантов встречает различных реальных персонажей; в их числе гангстер Джордж «Куколка» Нельсон и блюзовый певец Томми Джонсон, о котором, как и о более известном Роберте Джонсоне, ходила молва, что он продал дьяволу душу в обмен на мастерство блюзмена. Еще один исторический персонаж, губернатор Техаса Паппи О’Дэниел, который проводил свои кампании с участием «агитбригады», музыкального шоу, призванного подстегнуть народную поддержку.