Cудьба [litres]

Я не присутствовал при решении вопроса о проведении проблемного мероприятия. Это был день, когда у министров и старших секретарей администрации президента было рабочее собрание. Но в тот день я не присутствовал на нем, а поехал в Пусан, чтобы убедить монаха Чи Юля прекратить одиночную голодовку из-за тоннеля в горе Чхонсонсан. Президент звонил мне с рабочего собрания и спрашивал, что бы я сделал, если бы проводил такое мероприятие. Я сказал, что мероприятие хорошее, но призвал не торопиться и добавил, что было бы хорошо все урегулировать заранее. Однако обо всем было объявлено и сразу назначена дата.

Подготовка началась молниеносно. Все думали, что когда диалог начнется, то благодаря объяснениям президента можно будет решить недоразумения и погасить недовольство по поводу кадровых назначений. А в оставшееся время планировалось представить и подробно обсудить план реформ. Президент также заранее тщательно рассмотрел и изучил подготовленные нами материалы, связанные с реформированием прокуратуры.

Мероприятие началось, и это было невыносимое зрелище. Молодые прокуроры обсуждали только проблемы кадровых назначений и без конца задавали вопросы о них. Один человек уже спросил про кадровые назначения, и президент достаточно подробно все объяснил, но следующий оратор точь-в-точь повторил тот вопрос, который только что обсуждался. И президент был вынужден повторять одно и то же снова. Не было прокуроров, которые помимо кадровых жалоб пришли с подготовленными вопросами о реформе прокуратуры. Можно сказать, что все вышло «по-прокурорски».

В действительности при подготовке мероприятия министра юстиции попросили не препятствовать прокурорам в высказывании кадровых жалоб. В то же время было озвучено мнение, что было бы здорово создать платформу для обсуждения темы реформирования прокуратуры, чтобы поставить этот вопрос и в достаточной мере осветить план реформ, который уже активно обсуждался в первых прокурорских эшелонах. Но в итоге все вышло совсем иначе. Прокуроры, принимавшие участие в собрании, были разделены на группы в зависимости от региона, и от каждой группы был избран представитель, который и задавал вопросы. Это были однотипные кадровые жалобы. К тому же казалось, что выступавшие получили требование не тушеваться перед президентом и твердо выяснить все вопросы, связанные с кадровыми назначениями. Не было никакого распределения ролей относительного того, что они скажут. Каждый из них повторял одни и те же слова, преданно транслируя запросы группы.

Между тем самообладание президента было действительно удивительным. Хотя ситуация неимоверно злила, но если бы он злился, как мы, то нормальный разговор нельзя было бы продолжать до тех пор, пока не утихнет злость, поэтому он прилагал большие усилия, чтобы диалог не прерывался. Во рту у меня ощущался неприятный горький привкус. С точки зрения старшего товарища по юридическому делу, молодые прокуроры не могли быть такими глупыми.