Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой
- Автор: Тейлор Элизабет
- Год: 2012
- Язык: русский
- Год: Яуза-пресс
- ISBN: 978-5-9955-0446-7
- Переводчик: Наталья Павловна Павлищева
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой». Краткое содержание книги:
Все в жизни Элизабет Тейлор было СВЕРХ – звездная карьера с четырех лет, всемирная слава «Королевы Голливуда», «новой Клеопатры», первой красавицы эпохи с колдовскими (одни на миллиард!) фиалковыми глазами, три «Оскара», восемь браков (два из них с Ричардом Бартоном), первый в Голливуде контракт на миллион долларов, самая дорогая (продана за 200 миллионов) коллекция бриллиантов… А еще – более 30 серьезных операций, перелом позвоночника, инфаркт, рак кожи, опухоль мозга размером с теннисный мяч, алкоголь и наркотики. «Я прекрасный пример того, через что может пройти женщина и при этом остаться в живых», – признается Элизабет Тейлор в своей сенсационной книге, где предельно откровенно рассказала обо всех страстях и грехах, горестях и радостях, ролях и мужьях и которую посвятила «Памяти моего сына Майкла Джексона».
Удивительно, но сильнее всего перебрал не Теннесси и даже не Бартон, а… Рейчел. Главным объектом выражения ее недовольства стал несчастный муж. Харрисон получил такую порцию гадостей, какой даже нам с Бартоном хватило бы на неделю скандалов. А потом Рейчел решила, что пришла пора поговорить с нашими собаками! С перепоя возомнив, что вполне владеет собачьим языком, она опустилась на четвереньки и принялась лаять. Что уж там поняли из ее пьяного тявканья наш О’Фи и ее Омар, не знаю, но присоединились и лаяли уже в три голоса.
Никакие уговоры не могли заставить Рейчел угомониться, прямо с четверенек вперемежку с тявканьем она высказала все, что думала о предыдущих женах Харрисона, а потом и о нынешней жизни тоже. Внимательный слушатель узнал бы немало занимательного о Рексе Харрисоне, всех присутствующих и еще много о ком… Хорошо, что внимательных в конце третьих суток беспрерывных излияний быть просто не могло. Но мы все равно радовались, что находимся на борту «Кализмы», экипаж которой умеет быть глухим в подобных случаях.
Орали все наперебой, Рейчел и собаки беспрестанно лаяли, стоял настоящий бедлам. Я не помню, когда вдруг согласилась сниматься в новом фильме Лоузи, правда, даже в совершенно невменяемом состоянии сумела донести до режиссера главную мысль: только вместе с Ричардом! Стоило Теннесси в ответ взвыть: «Ни за что!», как трехголосый лай обратился в его сторону. Боясь быть покусанным то ли нашим пекинесом, то ли старичком Омаром, то ли самой Рейчел, он замахал руками:
– Согласен!
Кажется, самым трезвым среди нашего сброда был Лоузи (правильно, ему нужны деньги, а у нас они были), он умудрился внушить мне другую мысль:
– Крошка, ты слишком растолстела. Особенно сзади.
Позже Лоузи рассказывал, что я секунд десять сосредоточенно смотрела ему в лицо, потом сделала несколько попыток резко повернуться, всякий раз с трудом удерживаясь на ногах. Едва успев поймать меня после третьей попытки, Лоузи поинтересовался:
– Зачем?
– Хочу посмотреть на себя сзади.
Теперь уже Лоузи несколько секунд тупо изучал мою физиономию, а потом серьезно заявил:
– Не получится. Просто поверь мне на слово.
Но я еще пару раз попыталась. Убедившись, что поворачиваюсь недостаточно быстро, чтобы собственными глазами увидеть свой растолстевший зад, махнула рукой:
– Это из-за роли Марты. Похудею.
– Соль.
– Что? Где?
– Добавляй в пищу французскую соль.
– И торчать на горшке?!
В общем, мы согласились, Лоузи договорился с Теннесси, что тот изменит сценарий, чтобы мы могли играть главные роли, там были проблемы с возрастом героев, я только что сыграла толстую старую Марту, и мне вовсе не хотелось изображать из себя еще и семидесятилетнюю старуху в этом фильме. А для Ричарда герой оказался слишком молод.
Так во время пьянки мы оказались втянуты в странный фильм, который в прокате назывался «Бум». А я действительно похудела, хотя далось мне это нелегко.
Кстати, именно тогда мы переименовали «Одиссею» в «Кализму». Услышав новое название, Теннесси удивленно приподнял бровь:
– Это еще кто?
– Кейт, Лиз и Мария, каждой из трех дочерей по слогу в порядке старшинства.
Яхта стоила немало, а ее ремонт под наши вкусы еще больше, но Ричард посчитал, что это все равно выгоднее отелей. К тому же у нас теперь был плавучий дом, который нам самим очень нравился! Правда, находились друзья, которые говорили, что это не дом, а плавучая гостиница для наших приятелей. Действительно, «Кализма» всегда бывала полна гостей, но такова наша жизнь.
А хочешь, я тебе расскажу еще забавные случаи?
Мы были в Дубровнике, где Ричарду какого-то черта приспичило играть Тито в дурацком фильме «Битва на Сутьеске» (боже, что за название!). Продюсер фильма Никита Попович предложил придумать и мне небольшую роль, но я категорически отказалась. Не хватало еще ползать по горам, изображая героиню. Нет уж, мне куда уютней на яхте.
Наша яхта бросила якорь немного южнее Дубровника, и начались мучения. За Ричардом и его гримером Роном ежедневно прилетал вертолет, чтобы доставить в горы на съемочную площадку. Ричард все время ныл, что это страшно тяжело и даже опасно, потому что вертолету приходится крутиться между гор. Я фыркала:
– Ты же герой! Если не в жизни, то хотя бы по роли!
Он огрызался:
– Твоему Тито не приходилось летать вертолетами.
Я могла бы возразить, что Тито не мой, а его, я не напрашивалась в этот фильм, но Ричарду и без того тошно, он уже довольно долго изображал из себя трезвенника, пытаясь заменить виски и коктейли чаем и кофе. Слабая замена, по себе знаю…