Двойной фантом

Ничего себе! Ну да ладно, главное я уяснил: Фу жив — как, вроде бы, и я сам.

«В таком случае, не будете ли вы столь любезны…» — начал я.

«Я должен пояснить еще один важный аспект, сударь, — перебил меня “паук”. — Наша с вами астральная связь разорвана — и канула в Пустоту вместе с той, скончавшейся моей ипостасью. Фамильяр Фу-Хао все же погиб, в последний раз послужив вам — и недурно, отмечу, послужив. Остался Фу-Хао — вольный дух. Я по-прежнему не имею ничего против вас, сударь, более того: привычно вам симпатизирую — но отныне безраздельно принадлежу Князю».

«Если принадлежите безраздельно — то какой же вы тогда вольный?» — само собой проскочило у меня.

«Сия принадлежность и есть высшее проявление свободы моей воли, сударь. И прямое следствие оной. Я сам выбрал службу Князю — и уверен, не разочаруюсь в своем решении».

«Дух духа из астрала не выгонит», — кисло хмыкнул я.

— Перед вами, молодой князь, живой пример обратного, — со столь же невеселой усмешкой заметил мне на это Тао-Фан. — Дух, изгнанный другими духами из астрала. Я о себе, если вы вдруг не поняли.

— Да понял, что там понимать… — пробормотал я.

Значит, Фу я таки потерял… Печально. Но все же хорошо, что мой — пусть и бывший — фамильяр жив. Несмотря на случившуюся перемену, выражаясь собственными словами «паука», я также «по-прежнему не имел ничего против него, более того, привычно ему симпатизировал». Как бы то ни было, там, у пушки, он меня спас.

А вот зачем после меня подобрал и спрятал здесь Князь?

— А я, по-вашему, не могу привычно вам симпатизировать? — слегка приподняв брови, лукаво осведомился Тао-Фан.

Да, у него снова появились брови — пусть пока и совсем жиденькие. А былая лысина поросла белобрысым пушком — Князь явно понемногу восстанавливал утраченные кондиции.

— Честно? — прищурился я на него. — Не думаю. Скорее поверю, что это Фу уговорил вас меня не бросать.

— А вот и не угадали, — ухмыльнулся Тао-Фан. — То есть без подсказки Фу-Хао здесь и впрямь не обошлось — как бы мы иначе вас нашли в африканских дебрях — но имелся у меня и собственный резон. Я же обещал освободить Юлию Леонидовну от китайской присяги — и обязан теперь сие исполнить. Однако начали сию процедуру мы с вами, так сказать, на пару — значит, и завершать придется вдвоем. Посему, сударь, пришлось вас подобрать, отряхнуть от пыли и пепла и, по возможности, привести в чувства — иначе висеть бы на мне неисполненному долгу, а сие, знаете ли, обременительно.

То есть спасибо мелкой Юльке?

— А за Фу-Хао не переживайте, — продолжил Князь. — Он мне вовсе не холоп и даже не слуга. У нас с ним теперь своего рода симбиоз. Я все еще сильно завишу от него, а он благодаря мне обретает возможности, невообразимые для духа его ранга. Пользительно сие нам обоим.

— Да я и не переживаю, — выдохнул я.

— Вот и отлично, — кивнул Тао-Фан. — А теперь, сударь, попробуйте-ка встать, — предложил мне вдруг он.