Хранитель подземелий. Возрождение Хранителя

Через пару минут стали слышны лязганье цепей и скрежет древесных шестерней – подъемный мост медленно перевалился через ров. Глоддрик взглянул на мага теперь с неподдельным уважением.

– Зачем высаживать дверь, которую можно легко открыть? – сказал Йоши.

– Вот дела! У него даже кристалл на палке не загорелся. Как это он так сделал, одной-то рукой? Или, может, дело во взгляде, интересно, а если… – начал было Клажир восторженным тоном под неодобрительные вздохи товарищей рядом.

– Заткнуться! – рявкнул Глоддрик, – все вперед.

Командор бежал быстрее всех, даже Норберт Гартахол за ним не поспевал. Йоши-Року тоже ускорился, ведь, как уже упоминалось, возраст практически не сказывался на его физических возможностях. Эрлингай обнажил меч, остальные уже были при оружии. Они обошли ров, стены, вошли внутрь как нож в кусок масло благодаря мастерству хаглорианца. Теперь уже можно было воспользоваться эффектом внезапности и бить врага в лоб. Все это хорошо понимали, даже Клажир.

– Что? Кто это еще? Какой идиот открыл ворота этим… – завопил седеющий книжник-чародей, не успевши схватиться за посох и прочесть заклятие, как Глоддрик ураганом пронесся мимо и срубил ему голову на бегу.

На внешнем дворе крепости со стороны ворот находилось около двух с половиной тысяч новообращенных магов, поклоняющихся Заргулу, и равшаров, которые в отличие от более безалаберных людей держали оружие при себе. Каратели набросились на врагов подобно львице, выследившей антилопу в саванне. Эрлингай сам не заметил, как его успели окружить трое равшаров – спасла безотказная школа Керриса Галарта. Он легко парировал и уклонился от атак первых двоих, перейдя в наступление, Эрлингай вонзил клинок в прореху между реберными костями панциря ближестоящего равшара, обернулся полукругом и по инерции движения по косой линии сверху вниз рассек туловище равшара, вымазанного в засохшей крови, после чего воин Алых Владык был окончательно забрызган кровью, но уже своей. Эрлингай бросился на последнего, раскручивая меч Фарендил в одной руке и норовясь угодить острием меча тому в солнечное сплетение. Равшар ушел с линии атаки и собрался неуклюже рубануть костяным мечом, но Эрлингай даже и не бил. Он обманул равшара ложным движением, и враг попался в такую простую ловушку. Эрлингай вспорол тому брюхо восходящим ударом клинка и добил, расколов мечом рогатый череп.

Клажир куда-то запропастился. Эрлингай заметил, что он прятался за углом арки подъемного моста, объятый страхом, весь в ступоре. Внебрачный сын прошлого короля Аргои не смел винить мальчика в приступе малодушия – массовое побоище противоестественно людской природе. Лишь с течением времени люди переступают в себе эту грань и начинают свободно чувствовать себя в мясорубке. Некоторые настолько потеряны, что не могут жить без нее, подобно Глоддрику. Последний уже зарезал с пятнадцать магов-неофитов, не настолько мастеровитых, чтобы применить магию, но и недостаточно умелых, чтобы биться достойно в строю. Кандал разбрасывал равшаров и людей боевым молотом, бил он сверхбыстро, враги успевали лишь прикрывать свои головы руками, предоставляя молоту дробить их кости на куски. Гартахол вел шеренгу карателей к выходной арке, ведущей со двора, чтобы перекрыть пути к отступлению. Каратели в целом дрались лучше местных жителей, каждый из воинов Гилеарда убил по меньшей мере троих врагов короны, за исключением Клажира, которого пока что трудно было назвать воином. Маги, обучавшиеся у Варзхела, носящие красные гербы Азрога, с трепетом и дикими воплями бежали прочь, от Глоддрика они разбегались первее наперво, как от гремучей змеи. Равшары были посмелее и еще держали позиции. Глоддрик кинулся на них с остервенелой ухмылкой, разочарованный трусостью и дилетантством людей, он надеялся насытиться расправой над равшарами. Он подобно тарану пробурил их скопление и пошел честить врагов направо и налево. Равшары пытались защищаться и отбиваться, но Глоддрик был слишком быстр, силен и точен, его кровавое око выискивало бреши в обороне воинов пустоши, а твердая жилистая рука зазубренным мечом отсекала конечности, насаживала на себя мускулистые тела равшаров и крошила их плоть. Остатки армии врага уже разбегались, чтобы их прикончил Гартахол, Кандал и остальные. Из карателей мало кто пострадал, соотношение потерь было близко к одному к десяти.