В долине смертной тени [Эпидемия]

— И как это будет выглядеть? — вдруг прищурился Ратманов.

— Ну, зачем вам это знать. Меньше знаешь, лучше спишь. Вам нужен результат, а не то, как он получен.

Внезапно Ратманов наклонился к своему собеседнику.

— И убить можете? — прошептал он.

Несколько мгновений Шевардин смотрел на Ратманова.

— Бывают разные обстоятельства… Но зачем доводить дело до крайнего случая.

— Вы начали вызывать у меня страх.

Шевардин неожиданно широко улыбнулся.

— Вам, Михаил Германович, уж поверьте, с моей стороны ничего не грозит.

— Вы бандит? — спросил Ратманов.

— Давайте не будем углубляться в эту тематику. Мы говорим уже долго, а к конкретике так и не приступили. Или вы хотите заморозить вашу проблему в теперешнем состоянии?

Ратманов закрыл глаза. Ему стало страшно. Он понимал, что жутко рискует, но, возможно, судьба, Бог, черт, в общем, кто-то из них посылает ему единственный шанс. Так заманчиво им воспользоваться, но и опасность огромна, кто знает, как все обернется. Этот Шевардин ему подозрителен.

Шевардин ждал решения Ратманова, затаив дыхание. Он прекрасно понимал, какие мысли и чувства сейчас владеют его собеседником. И теперь все зависит от того, что переселит.

— Хорошо, — вдруг открыл глаза Ратманов, — давайте поговорим. Но строго конфиденциально.

— Можете не сомневаться, Михаил Германович.

— Тогда слушайте.

Последующие пятнадцать минут Ратманов обрисовывал сложившуюся ситуацию. Он старался обходиться минимальным количеством подробностей, опускал имена интересантов, но при этом ясно осознавал: из сказанного, Шевардин получает вполне ясное представление о сущности всей аферы. Для этого не требуется знать все детали. По сути дела, своим рассказом он берет его в долю.

— Да, ситуация не простая, — оценил Шевардин рассказ Ратманова.

— То есть, вы считаете, сделать ничего нельзя?

В ответ Шевардин улыбнулся.

— Ну что вы, Михаил Германович, сделать можно и немало. Я уже вижу возможности, как подвести эту комбинацию к нужному нам финалу.

Ратманову не понравилось местоимение «нам», но он решил не придавать этому значение. Он же сам все ему рассказал.

— Значит, я могу надеяться? — спросил Ратманов.

— Конечно, Михаил Германович, если мы решим с вами один маленький вопрос.

— Какой?

— Оплата моих услуг.

— Разумеется. Какие ваши условия?

— Двадцать процент от суммы всей сделки.

Ратманов даже привстал.

— Но это будет…

— Да, это будут хорошие деньги, — не дал ему докончить фразу Шевардин. — Я за копейки не работаю.

— Но подождите, тут ваш оклад по сравнению с этой суммы почти ничто.

— Вы правы. Не стану докучать ваш подробностями моей биографии, лишь скажу, я к вам устроился потому, что мне понадобилось надежное место.

— Хотите сказать, что для вас работу тут — это что-то вроде укрытия.