Право на одиночество

Видимо, представив себе эту картину, Светочка хихикнула.

– Ну ладно тебе, можно и после куда-нибудь поехать…

Я вздохнула.

– Он женат, если ты не забыла.

– Ну и что! – махнула рукой подруга. – Если его так тянет к другой женщине, этот брак уже ничего не спасёт.

– Однако я не хочу быть той женщиной, из-за которой распадётся чей-либо брак. И я тебя умоляю, хватит об этом. Кстати, ты же говорила, что Громов тебе самой нравится?

– А, это, – Светочка весело улыбнулась, – просто хотела посмотреть, как ты отреагируешь.

– Экспериментировала на мне, что ли?

– Ага!

– Ну и каким был результат?

Светочка ничего не ответила, только хитро прищурилась. Но мне и не был нужен её ответ. Я ведь прекрасно знала, что ещё ни один мужчина не вызывал во мне подобных эмоций.

В книжном магазине мы с Громовым провели около полутора часов. В итоге Максим Петрович купил Алисе семь книг, а я – две. Из всех возможных вариантов я выбрала красиво иллюстрированную книжку со сказками Андерсена и подарочное издание «Хроник Нарнии».

– Насколько я помню, их Алиса ещё не читала, – уверил меня Максим Петрович.

Но на книгах я решила не останавливаться. Впрочем, об этом я своему начальнику не сказала. Я купила его дочери ещё симпатичный кожаный кошелёк и маленький серебряный кулон – сову, символ мудрости.

В субботу я начала нервничать уже с утра. Упаковала подарки, подписала открытку и стала выбирать, в каком «наряде» мне идти на празднование дня рождения двенадцатилетней девочки. За неделю я так и не решилась спросить у Громова, будет ли на празднике его жена. Впрочем, было довольно глупо думать, что эта женщина пропустит день рождения собственной дочери, верно? И я с ужасом представляла, что она может подумать, увидев столь великовозрастную «подружку», которая по совместительству является коллегой мужа.

От подобных мыслей у меня на голове шевелились волосы. И я искренне надеялась, что жена Громова не решит убить меня на месте, когда узнает, с кем Максим Петрович и Алиса проводили время в майские праздники.

Я перемерила полшкафа, пока наконец не выбрала подходящий наряд – белую воздушную юбку до колен, голубую блузку без всякого декольте, на ноги – белые босоножки. Волосы заплела в две косички, как тогда, в мае, только концы закрепила не резинками, а голубыми ленточками в цвет блузки.

В зеркале отражалась девочка лет семнадцати с огромными испуганными глазами. Да уж, если бы я была мужчиной, то не смогла бы испытать к существу в подобном наряде никакого физического влечения. Ну, если только ты педофил…

Громов жил в центре города, в элитной высотке. И когда я сообщила охраннику, к кому пришла, то уже не испытывала страха. В конце концов, я иду в гости к Алисе, а не соблазнять чужих мужей.

Найдя на девятом этаже нужную квартиру, я позвонила в дверь.

Открыла мне девушка лет шестнадцати на вид. Она была мне смутно знакома. Густые светлые волосы волнами струились по плечам, а большие зелёные глаза смотрели на меня немного неприязненно. Она была чудо как хороша. Стройная фигурка, ровный загар, очень миловидное лицо. Только, пожалуй, выражение этого лица было слишком высокомерным.