Тьма в конце тоннеля. Обмен Райнеманна. Человек без лица.
- Автор: Годи Джон, Ладлэм Роберт
- Год: 1992
- Язык: русский
- Год: Днепркнига
- ISBN: 5-89975-031-6 (т.10), 5-89975-021-9
- Переводчик: Ю. Мельник
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Тьма в конце тоннеля. Обмен Райнеманна. Человек без лица.». Краткое содержание книги:
Иллюстрации художника О. В. Дергачева.
И вдруг Сполдинг заметил сигнал гестаповца. Тот зажег спичку, прикрыв ее ладонями, и быстро потушил. Затем зажег еще одну. На сей раз она горела несколько секунд.
В ответ в лесной чаще вспыхнули две спички. С разных сторон.
Провокатор остался у опушки. Люди, которым он сигналил, подойдут к нему сами. Сполдинг подкрался ближе, стараясь не разбудить тишину спящего леса. И услышал шепот. Разобрать удалось только отдельные слова. Но и их вполне хватило. Дэвид повернул назад к своему посту, к валуну. Вынув из кармана фонарик, он полуприкрыл стекло пальцами, направил его на юго-запад и нажал кнопку пять раз подряд. И стал ждать.
Ждать пришлось недолго.
Первым вышел из леса проводник с лопаткой в руке, с сигаретой во рту. Ночь была темная, луна то и дело скрывалась за тучами и тогда в двух шагах ничего не было видно. Дэвид поднялся с валуна, свистом подозвал немца. Тот подошел и спросил: «В чем дело?»
Сполдинг тихо произнес всего два слова: «Хайль Гитлер» — и вонзил в живот фашисту нож. Проводник свалился наземь. Послышался лишь вздох; чтобы он не превратился в стон, Дэвид сунул в рот умирающему два пальца и дернул руку вниз, не дав воздуху задействовать голосовые связки.
Оставив труп, Сполдинг помчался к опушке леса, туда, где всего несколько минут назад шептались проводник и двое солдат. Он никого не заметил здесь, не ощутил ничьего присутствия.
Тогда Дэвид вынул из кармана коробок охотничьих спичек. Чиркнул одной и, едва она вспыхнула, тут же ее затушил. Потом зажег вторую, дал ей погореть несколько секунд.
В ответ в чаще вспыхнула спичка. И тут же зажглась другая — немного в стороне. И все. Но хватит и этого.
Сполдинг прислонился к стволу старого дерева. И услышав шаги немецкого солдата, подумал, что для альпийского стрелка шумит слишком сильно. Немец торопился, ему не терпелось выполнить неожиданный приказ соединиться с «проводником». Дэвид сделал важный вывод: гестаповец, которого он только что убил, был не мелкой сошкой, а это означало, что остальные солдаты не двинутся с места без приказа, ничего самовольно не предпримут.
Но времени размышлять уже не было. Немец приближался к дереву.
И вновь обреченный не вскрикнул, лишь непроизвольно вздохнул. Дэвиду приходилось слышать этот предсмертный вздох так часто, что он перестал ему ужасаться. Как когда-то.
Наступила тишина.
А потом вновь захрустели ветки, послышались громкие шаги человека, идущего незнакомой дорогой. Он торопился точно так же, как тот, чей труп лежал у ног Сполдинга.
— Где… где вы? — возбужденно бормотал немец.
— Здесь, мой солдат, — ответил Сполдинг на родном языке альпийского стрелка.
С холмов спустились партизаны. Их было пятеро — четверо басков и каталонец. Во главе шел баск — коренастый, грубоватый.
— Ну и задал ты нам жизни, лисабонец. Подчас казалось, ты бежишь быстрее паровоза. Матерь божья! Мы сто миль отмахали!
— Уверяю вас, немцы прошли бы и больше. Как дела на севере?
— Там альпийцы. Человек двадцать. Может, посадим их в дерьмо?
— Нет, — ответил Сполдинг задумчиво. — Убейте всех… кроме трех последних. Их оттесните назад. Пусть они подтвердят то, в чем мы хотим уверить гестапо.
— Не понял…
— И не надо. — Дэвид подошел к затухавшему костру и распинал угли. И вдруг понял, что коренастый баск не отходит от него неспроста. Баск переминался с ноги на ногу.
— Ты, видимо, ничего не знаешь, — наконец решился баск, подняв голову. — А нам еще восемь дней назад стало известно, откуда эти свиньи немцы пронюхали о двух ученых. Мы нарочно не сказали тебе. Опасались, как бы ты сгоряча не наделал глупостей.
— О чем ты говоришь? — нахмурился Дэвид, он ничего не понимал.
— Бержерон погиб.
— Быть не может.
— Может. Его взяли в Сан-Себастьяне. Бержерона сломить непросто. Но десять дней пыток, когда к члену подводят ток, когда накачивают наркотиками, сломят кого угодно. Говорят, умирая, он плевал им в глаза.
Дэвид взглянул на баска и вдруг ощутил, что воспринимает его слова равнодушно. Равнодушно! И это его насторожило. Ведь это он, Сполдинг, научил Бержерона всему, жил с ним в горах, часами беседовал с ним с откровенностью, на которую вызывает одиночество. Бержерон воевал бок о бок со Сполдингом, пожертвовал ради него жизнью. В северных краях он был самым близким другом.