Ведьма [litres]

Монстрик совершенно по-человечески ухмыльнулся в усы и подмигнул мне. Всего мгновение спустя кот расплылся в воздухе, как галлюцинация при солнечном ударе, а на его месте возникла не то небольшая змея, не то крупный червяк. Гладкое тельце бесшумно опустилось на пол и, вильнув отростком-хвостом, исчезло в проходе.

Первым делом следовало для вида попрощаться со всеми в замке. Я выпила ароматного чая с теплыми булочками на дворцовой кухне. Наведалась в оранжерею. Заглянула в постирочную. Мы раньше не общались ни с кем из прачек, но они были приятно удивлены, услышав слова благодарности за работу. Даже один из самых мерзких типов, которых мне доводилось встречать – управляющий дворцом Лисгерн – не избежал визита. Я старалась вести себя как можно более шумно, куда бы ни приходила. На кухне шутила и громко смеялась, перекрикивая кипящий чайник и бульканье супа в котлах. В прачечной уронила таз и долго извинялась. А чтоб загладить вину, протерла пол, подпевая народным песням, которые затягивали прачки. С Лисгерном пришлось немного поспорить у всех на виду. Зато с целью привлечь максимум внимания я справлялась на ура.

Оставалось лишь одно место, где следовало появиться до вечера. С учетом произошедшего ранее затея была рискованной. Я явилась к королю. Гвардейцы явно не были настроены впускать меня. Но спустя полчаса уговоров, тяжелых вздохов и сетований, один из солдат то ли смилостивился, то ли просто решил отделаться от назойливой просительницы. Правителю Брандгорда доложили о моем приходе.

После ожидания, показавшегося вечностью, двери кабинета отворились и меня пригласили внутрь. Я присела в глубоком реверансе, не смея поднять глаза.

– Вряд ли ты пришла только для того, чтоб замереть в неудобной позе в нашем кабинете, – вздохнул Дарин, изображая скуку, но в его голосе угадывался интерес.

– Ваше Величество, – я застыла в реверансе еще на несколько секунд, – смиренно прошу вас простить мою недавнюю выходку. Когда так долго находишься в обществе Вашего Величества, волей-неволей слепнешь. Гордыня затмила мой разум, и я, простая травница, в компании сильных мира сего невесть что о себе возомнила. Простите!

Устремленный в пол взгляд скрыл неискренность слов. Король забарабанил пальцами по столу, заставив меня понервничать.

– Мы рады, что ты все осознала, девочка. Жаль, что Авин решил выдворить тебя из дворца. Твое искусство славно послужило нам, но сама понимаешь, гордыня была непозволительна! Содеянного не воротишь, решения не изменить.

В словах монарха скользило неподдельное сожаление. Мне даже стало совестно за собственную неискренность. Низкий поклон оставил незамеченным то, как краска прилила к лицу.

– Понимаю, Ваше Величество, я сама виновата. Во дворце прошло самое волшебное время моей жизни. Я благодарна вам и принцу за радушие и бесценный опыт.

Правитель не на шутку расчувствовался от услышанного. Он встал, подошел ближе и взял меня за руки.

– Спасибо, что спасла! Я в долгу перед тобой, девочка. – Наклонившись к самому уху, Дарин шепнул: – Если выбирать из вас двоих, я предпочел бы тебя. Я король огромной страны, но над сердцем сына даже у меня нет власти! Авин влюблен… Надеюсь, она окажется похожа на тебя не только миловидным личиком!