Детектив и политика. Выпуск 3, 1989
- Автор: Лем Станіслав, Саймон Роджер
- Год: 1989
- Язык: русский
- Год: Издательство Агентства печати Новости
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Детектив и политика. Выпуск 3, 1989». Краткое содержание книги:
Вдумайтесь в смысл следующих моих слов: "Голая логика борьбы сопровождалась перерождением идей, перерождением психологии. Исторические примеры такого рода перерождения известны, стоит только назвать Бриана, Муссолини…" Муссолини был редактором самого левого социалистического журнала "Аванте". В партию его рекомендовала великая революционерка Анжелика Балабанова… Но Муссолини захотел стать дуче, то есть вождем, и он предал социализм, отшвырнул его ногой, посадил в тюрьмы своих товарищей по партии, объявил их врагами нации и стал фашистом. Похоже, а?! Слушайте дальше: "И у нас — я имею в виду партию, страну — было перерождение, которое привело нас — страну, партию, Сталина — в лагерь, очень близкий по своим установкам к своеобразному кулацкому, преторианскому фашизму"… Как "лидер" правых, я употребил слово "кулацкий"! Но ведь смысл фразы сокрыт в ином, в "преторианском фашизме"! Тот, кто знает историю, должен понять, что "преторианцы" — это личная охрана античных тиранов, дорвавшихся до власти путем удушения республики и убийства тех, кто звал граждан к сопротивлению тирании… "Фашизм" — это синоним Сталина и его ежовых, молотовых, Кагановичей и берий… Именно так, фашизм… Вы слышали показания Ягоды, когда он говорил, что я приказал ему протащить в ГПУ моих людей — начальника секретно-политического отдела Молчанова, а также Миронова, Шанина, Прокофьева… Фашизм — это неуважение к Личности… Только не уважая Личность, можно вписывать Ягоде эдакие откровения! Ведь именно Молчанов заставил Пятакова и Радека назвать меня на процессе тридцать седьмого года "троцкистом и диверсантом"… Геббельс призывал: "Лги, лги, что-нибудь да останется!" Увы, это правда! И если вы, собравшиеся в этом зале, не сможете или не захотите понять то, что я сейчас прокричал, вас всех ждут чудовищные испытания… Чудовищные…
ЗАТЕМНЕНИЕ, ДОЛГАЯ ПАУЗА. НА ПРОСЦЕНИУМ ВЫХОДЯТ МУЖЧИНЫ, ЖЕНЩИНЫ, ДЕТИ, КАЖДЫЙ НАЗЫВАЕТ СЕБЯ:
— Я, маршал Блюхер, погиб в кабинете Берии…
— Я, Сергей Королев, академик, провел пятнадцать лет в сталинских лагерях и "шарашках"…
— Я, вдова Рихарда Зорге, меня отравили в сталинском лагере…
— Я, Юра Каменев, мне пятнадцать лет, меня расстреляли в сталинском подвале…
— Я, академик Сергей Вавилов, меня замучили в сталинских застенках…
— Я, Всеволод Мейерхольд, режиссер, меня забили в сталинских застенках…
— Я, Паоло Яшвили, поэт, меня расстреляли в сталинских застенках…
— Я, академик Туполев, меня истязали в сталинских застенках…
— Я, маршал Рокоссовский, меня истязали в сталинских застенках…
— Я, Осип Мандельштам, меня замучили в сталинских застенках…
— Я, член Политбюро Вознесенский, меня замучили сталинские изуверы…
— Я, секретарь ЦК Кузнецов, меня расстреляли в сталинских застенках…
— Я, артист Михоэлс, меня убили сталинские изуверы…
— Я, секретарь Ленинградского обкома Попков, меня расстреляли сталинские палачи…
— Я, маршал Мерецков, прошел истязания в сталинских застенках…
— Я, Бухарин, который предупреждал вас, утверждаю: во время сталинской тирании в нашей стране от голода, ссылок, пыток и расстрелов погибло более двадцати трех миллионов человек… И пока воинствует "Память", Сталин имеет союзников, поэтому рецидив ужаса вероятен. Вот так… Все, товарищи… Мне пора — иду на расстрел…
На просцениум поднимается Иванов.
Иванов. Я, Андрей Иванов, шестьдесят второго года рождения, инженер, коммунист, никто из родных Сталиным репрессирован не был… Сплошь и рядом я сегодня слышу: "при Сталине было лучше, царил порядок, и цены снижали"… Если это так, то предлагаю ежегодно проводить "День памяти Сталина"… Вот, например, рядом со мною в этом зале сидела гражданка, которая все время говорила соседу: "Клевета! Шпиона Бухарина с Розенгольцем и Левиным расстреляли правильно, враги народа! Сталин был истинным вождем".