(не)любимый препод

Мою руку отделяют миллиметры, и тут Кирилл оборачивается за игрушкой. Видит мою скрюченную застывшую позу и хлопает длинными светлыми ресницами. Глазастенький, на пол лица красота.

— Кирилл, — шепчу. Заговорщицки подмигиваю. — Щас поедем в магазин и купим тебе большую коробку таких яиц. А это я себе возьму. По рукам? — забираю футляр.

Не по рукам.

Похоже, я ему не нравлюсь. Большой и волосатый, краду игрушки.

Он провожает желтую пластмасску хмурым взглядом, отмахивается от моих обещаний и поднимает рёв.

Нда, что ж за сложный паренек, выгоды своей не видит.

Хотя, если сравнить стоимость содержимого этой коробочки и большой коробки киндеров — Кирилл явно знает толк в сделках, его вокруг пальца не обвести, смышленная кроха, в сестру.

— Саша… — поражается Кристина. Торопится из-за стола к нам. — Тебе не стыдно? Ты зачем его обижаешь? — садится перед Кириллом на корточки.

Он на своем детском языке жалуется на меня. Кристина внимательно слушает разобиженный лепет. Согласно кивает. Не поднимая головы, тянет ладонь и просит:

— Игрушку верни.

Кирилл выжидающе смотрит на мою руку. Слезы высохли, скромно стоит, прислонившись к сестре и выкручивает пуговицу на ее кофточке.

— Саш! — требовательно зовет она.

По живому режут, шоколадная семейка, сопротивляться не могу, вкладываю киндер в ладошку.

Отменяется сюрприз.

— Я просила подружиться, — она встает на ноги. — Ты чего добиваешься? Вообще, с родителями моими будешь знакомиться?

— Конечно буду, — заверяю.

— Тогда пусть Кирилл играет. Он ведь тебе не мешал, — она вздрагивает, когда юрист, выскользнув в коридор, громко хлопает дверью. Кристина трет лоб, возвращается к длинному столу, забирает серую папку и показывает мне. — А знаешь, что он мне сказал? Так, щас, — она листает файлы.

Опускаю глаза вниз.

Там Кирилл как раз с трудом справляется с футляром. Пластмасса щелкает, перстенёк выскакивает, словить не успеваю, он закатывается под диван. Наклоняюсь, не вижу, вслепую щупаю паркет. Кирилл ползет под моей рукой и растопыривает толстенькие пальцы. Радостно хватает блестяшку. Я тихонько тяну к себе, он грозно хмурит светлые брови.

Открывает рот.

Нет, хватит орать.

Мысленно выругавшись, оставляю ребенка в покое. Это, в конце концов, смешно уже.

— Вот здесь, — Кристина шлепает по файлу. — Семь процентов акций на мое имя записаны, а юрист…

— Сама отказалась кофе носить, — привлекаю ее к себе. — У меня место директора освободилось, ты работать рвешься, идеально, — ловлю её испуганный взгляд и смеюсь. — Я теперь здесь постоянно, всему научу. Ты послушай, как звучит: директор издательства — Кристина… — едва не ляпаю Аверина, но кусаю язык. Наклоняюсь и целую, лучше заткнуться. Теряюсь, что делать — не знаю, Кирилл мне планы спутал.

Отрываюсь от нее и смотрю на ребенка. Кольцо куда-то задевал. Развлекается с упаковкой салфеток. Бедный малыш, бросили в скучном офисе и решают свои делишки.