(не)любимый препод

— На, — Кристина вытягивает руки.

Торопливо и неловко перехватываю Кирилла. Тяжеленький. Вблизи щеки еще больше. Пухлые губы блестят, носик-кнопочка. Кристина поправляет ботинки, чтобы не марал мне рубашку и говорит что-то, а я любуюсь, словно картиной, она будто юная мама, от того еще красивее, невероятная, прекрасная, моя.

— Ты не думала после второго курса на заочный перевестись? — выдаю. Не надо давить, но у меня столько планов, разрывают.

— Думала, — кивает. — Если работать в издательстве у тебя, то это ведь реальный опыт, с заочкой сложностей не будет, мне лишь диплом надо. Но Александр, — выставляет указательный палец. — Отправлять меня носить кофе и проверять бумагу в туалете — это не то, на что я рассчитываю. Согласны?

Кирилл тычет кулаком в сторону стола, привлекая ее внимание, она послушно ведет взглядом и замечает поверх папок киндер-сюрприз.

Блин.

Быстро ставлю ребенка на пол и смахиваю шоколадное яйцо в открытую сумку-дипломат. Развожу ладони в стороны — типа никто ничего не видел. Роюсь в подставке с ручками, ищу альтернативу, чем можно их занять.

Кристина удивленно следит за моими действиями. Ее брат выпячивает нижнюю губу и, кажется, готовится зареветь.

— Тебе жаль угостить? — она недоверчиво косится на меня.

Все утро мучился с этим яйцом. Аккуратно снять фольгу, ножом разбить по шву шоколад, подменить игрушку в желтом футлярчике, склеить шоколад и запечатать обратно, чтобы незаметно было — сложно, я заморочился. Там в киндере мой вопрос лежит, платиновый, на безымянный палец, в форме закрученного пера — для моего неугомонного журналиста. Но я рассчитывал вечером узнать, согласна она или нет. До конца дней со мной рядом быть. Еще рано.

Ребенок недоволен. Вытягивает шею и просит ее ням-ням. Кристина дублирует просьбу:

— Дай.

Я медлю.

Она наклоняет голову набок:

— Саш, ты что, киндер зажал? Ты его кому купил? Не мне?

Соображаю, как сюрприз отложить. Позвал на ужин родителей и надеялся семьями встретиться, познакомиться, а до того целую полосу препятствий организовал, чтобы до яйца не сразу добралась. Она ведь любит расследовать. Для нее старался. Но под ее подозрительным взглядом вздыхаю, достаю из сумки киндер:

— Тебе купил.

— Вот мы его вдвоем и съедим, — она берет яйцо. Распечатывает фольгу, ломает шоколадку на две половинки и делится с Кириллом. Смотрит, как он, довольный, ест. Сама задумчиво жуется. — Тебе не хватило, — сообщает. В голосе обида, думает, я ее карапузу шоколада пожадничал.

Карапуз вертит и трясет оставшийся пластмассовый желток.

— Кристин, — в кабинет сует голову секретарша. — Тебя в конференц-зале юрист ждет.

— Зачем? — Кристина морщит лоб, лезет в рюкзак и достает упаковку салфеток.

— Не знаю, — та жмет плечами.

Хочу остановить, чтобы не уходила, я еще сюрприз не забрал, но отрываюсь на звонок телефона.

— Ладно, мы узнаем и вернемся, — они с Кириллом идут к выходу.