Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Между тем, что довольно странно, мало кто из нынешних историков усмотрел в назревавшем конфликте членов Президиума ЦК один очень важный аспект, на который справедливо обратили внимание известный знаток хрущёвской эпохи профессор А.В.Пыжиков, а затем и ряд его менее известных коллег, в частности В.Н.Горлов и А.В.Сушков[423]. Речь идёт о том, что в тогдашнем составе высшего партийного ареопага явно преобладали так называемые «технократы», а не «партийцы»: из одиннадцати его членов семь кремлёвских «небожителей»: Н.А.Булганин, В.М.Молотов, Г.М.Маленков, Л.М. Каганович, А.И. Микоян, М.З.Сабуров и М.Г.Первухин входили в состав Президиума Совета Министров СССР, маршал К.Е.Ворошилов являлся путь формальным, но всё же официальным главой советского государства, а Секретариат ЦК был представлен всего тремя персонами — самим Н.С.Хрущёвым, секретарём ЦК по идеологии М.А.Сусловым и Первым секретарём ЦК КПУ А.И.Кириченко. Понятно, что такая расстановка сил внутри Президиума ЦК никоим образом не давала Н.С.Хрущёву возможности прорваться к реальной единоличной власти. Поэтому «разгром» Совета Министров СССР и возвращение всех властных полномочий «секретарскому корпусу» страны и аппарату ЦК, то есть фактический отказ от сталинской послевоенной политической реформы, стали для Н.С.Хрущёва главной политической задачей в тот период. Этот процесс, как справедливо указали А.В.Пыжиков, В.Н.Горлов и А.В.Сушков, а также Р.Г.Пихоя, В.Л.Некрасов и Е.Ю.Зубкова[424], начался ещё в первой половине 1955 года, а затем вступил в свою решающую фазу в феврале-мае 1957 года во время проведения «совнархозовской реформы». Теперь же наступил «час икс», который должен был расставить все точки на і.

Согласно традиционной версии, во вторник 18 июня 1957 года по требованию ряда членов Президиума ЦК было созвано его внеочередное заседание, на которое прибыли всего восемь членов высшего руководства. Но поскольку стенограмма этого заседания то ли изначально не велась, то ли просто не сохранилась, то судить о об этом заседании мы можем только по отрывочным воспоминаниям либо ряда его участников, либо в пересказе ряда историков и публицистов[425]. Вероятнее всего, первоначально в кремлёвском кабинете маршала Н.А. Булганина утром было созвано заседание Президиума Совета Министров СССР, которое по предложению Г.М. Маленкова было сразу же «объявлено» заседанием Президиума ЦК. На этом заседании присутствовали Н.С.Хрущёв, Н.А.Булганин, В.М.Молотов, Г.М.Маленков, Л.М.Каганович, К.Е.Ворошилов и М.Г.Первухин, а отсутствовали два члена Президиума ЦК — М.А.Суслов и А.И.Кириченко. Что касается М.З.Са-бурова и А. И. Микояна, то информация не совсем ясная. Например, Р.А. Медведев[426] утверждает, что на этом заседании не было А.И.Микояна, а Р.Г.Пихоя и Н.А.Зенькович[427], сославшись на позднее выступление Н.С.Хрущёва, напротив, к числу отсутствующих отнесли М.З.Сабурова. Кроме того, по информации того же Р.Г.Пихои, на этом заседании отсутствовали трое из семи кандидатов в члены Президиума ЦК — Н.М. Шверник, Н.А.Мухитдинов и Ф.Р.Козлов, а также трое из восьми секретарей ЦК — А.Б.Аристов, Н.И.Беляев и П.Н.Поспелов. Однако, судя по мемуарам Н.А. Мухитдинова, он не только присутствовал на этом заседании, но даже оставил очень ценные свидетельства о его ходе[428]. Также не вполне понятна ситуация с маршалом Г.К.Жуковым, который буквально накануне по указанию Н.А. Булганина выехал на военные учения в район Солнечногорска[429]. В тот же день он вернулся в Москву, однако, вероятнее всего, на утреннее заседание Президиума ЦК сильно запоздал.