Хроники полёта на Марс 2078. Воспоминание

По бокам вагона было по два в три метра высотой и шириной в четыре метра проема окна и по одному в конце и спереди, открывавшие огромную панораму. Но даже в этой безмолвной тишине не хотелось говорить ни о чем. Лишь созерцать, ждать и удивляться просторам четвертой планеты Солнечной системы.

Вдруг земляне не заметили, как оказались в полной темноте. Друг друга можно было найти лишь на ощупь, но почувствовать тела сквозь термический скафандр нелегко. У Ястребова была привычка к экстремальным ситуациям, но не имелось никакого желания пошутить по этому поводу.

Было непонятно, остановился транспорт или нет.

За все время движения кунга люди, находившиеся в нем, ни на минуту не сомневались, что пребывают в движущемся аппарате. Если сменой декораций не было стереоэффектное видео. И даже если так, то к чему весь этот маскарад. Те, кто имел такую технику на Марсе, на Земле претендовал бы на медаль по визуалистике в первую очередь. Исследователи решили последнее отвергнуть, что они действительно могли лишь рассекать поверхность Марса на местном движимом аппарате.

Постепенно темнота начала рассеиваться, и Андрей Волон вдруг почувствовал, что кто-то пытается проникнуть в его мозг. Такое ощущение испытали и другие, но оно прекратилось также внезапно, как и проявилось.

– Надо проверить, есть ли здесь воздух, – после недолгого молчания послышался голос француза.

– Это может быть опасно, Андрей, – не сразу отозвался Ястребов.

– Я думаю, для начала нам необходимо узнать, где мы находимся. С виду мне кажется, что мы где-то в скале или под поверхностью, – предложил русский астронавт.

Темнота продолжала постепенно расступаться. Стали проявляться стены, напоминающие горные выступы. Астронавты продолжали наблюдать за происходившим явлением, теряясь в догадках. Однако тьма не спешила обнажать свои секреты.

– Бред. Мы не можем долго ждать ответ на инопланетные загадки, – пробурчал в микрофон бортинженер. Его голос стал звучнее, словно слова отскакивали от стен какого-то помещения.

– Что ты имеешь в виду, Андрей? – спросил его русский.

– Включите фонари. Для регуляции воздуха не имеет смысла больше экономить энергию. Нам здесь так и так конец, – ответил Волон.

– Что ты имеешь в виду? – Ястребов не понимал его.

Вместо ответа Волон включил фонарь. Всем на удивление свет, который зажегся не там, где ему следует, чуть выше уровня головы, а с правого бока человека.

– Андрей?! Как ты мог, не согласовав с нами?! – удивился Ястребов.

Он испугался не за внезапное действие Волона, которое являлось нарушением устава дисциплины, сколько за самого Волона. Тот, сняв шлем, мог погибнуть, рискуя своей жизнью. Но удивление испытателей в следующий момент превысило все остальные чувства. Одной загадкой стало меньше – здесь был воздух.