Одиночный забег на выживание [СИ]

Когда пройти оставалось буквально пару поворотов, меня накрыло неприятное ощущение. Неправильности что ли, вот, вроде всё нормально, но что-то не так. Что-то упускаю. Не давала покоя мысль, почему этот Василий на меня вызверился? Я конечно тоже хорош, можно сказать спровоцировал, но как легко он поддался, будто повод искал.

— Сень, — скинув капюшон, обратился я к спутнику, — а тебе не показался странным, весь расклад в гараже?! Ну, с Васей этим! Сидели, пили, ржали и тут как с цепи сорвался.

Арсений пожал плечами, вроде как не знает, прикурил, — Я в этих делах не силён. Мы с Толиком по рыбалке, грибам да самогоночке спецы. А молодёжь сейчас, вообще слова не скажи. Хотя… — он задумался, — помнишь, ты за гараж ходил?

— Отлить, ну, помню!

— Павлик пузо себе чесать начал, а когда Василий заметил, Волчёк кивнул да глаза вылупил. Так они с Васей и переглядывались с кивками да ужимками, пока ты не пришёл. Я подумал, что они намёки по поводу наркоты друг другу делают.

— Вот сука! — выругался я. Всё встало на свои места, Волков счёты свести вздумал, экспромтом так сказать, да чужими руками, — А за Васю что знаешь?

— Да ничего, знаю Вася «Боксёр»! Говорят по молодости кликуха прилипла, может занимался, а может потому что морда кирпичём! — ответил Арбуз, а потом, внезапно, с наездом спросил, — А ты то, сам! Раз такие проблемы, какого хера пить с ним сел?

— Не поверишь, сам удивился! — ответил я, пытаясь понять, чем это всё теперь обернётся, — Да вроде замирили нас… уважаемые люди! Да и время много прошло. Не общались конечно, так, кивали при встрече. Пока Волчка не закрыли.

— И что теперь? — спросил Арбуз, — Я там кроме Толяна, ни с кем не общаюсь. С гнильцой компашка… может ну их на хуй?! Толика вызвоним, да прибухнём сами, а?

Знаешь? — ухмыльнулся я, глядя на Арсения, — Я всё-таки дойду, пару вопросов задам! А потом прибухнём!

— Дело твоё! — «умывая руки» ответил он, перехватывая пакет другой рукой.

Пройти оставалось совсем немного, шагая, я представлял, как хватаю Павлика за шкирку, как прижимая его фактами, выбиваю признание, потом поддых. «Нет, сначала лоукик! Вот когда осушу ляжку, потом поддых!» что-то воображение разыгралось и кулаки зачесались, внезапно осадил себя я. Павлику предъявить нечего, он скажет, мало ли, что Арбузу показалось. Вася-боксёр уже наказан, с него…

Задумавшись, я не услышал как зазвонил телефон в кармане у Арбуза, как он поднял трубку и ответил. Он просто внезапно остановился продолжая прижимать трубку к голове:

— Да ладно?! Гонишь?! — услышал я ошарашенный голос мужика, который открыв от удивления рот, с опаской и немым укором таращился на меня. Меня озноб от его взгляда пробил.

— Сеня… не томи?! — спросил я, внезапно осипшим голосом.

— Толян говорит, Вася… умер!

Молча сев на жопу, прямо на мокрую землю, я надолго ушёл из этого мира. Не обращая вимания на Арбуза, на редких прохожих, которые тоже, желая немного срезать, выбрали эту дорогу, я клял себя, свою жизнь, обстоятельства, да и весь мир впридачу за то, что моя жизнь похоже кончилась. Иллюзий я не питал, на этот раз, закроют по настоящему и надолго! Представил, какая куча людей обрадуется, что наконец-то избавились от ненужного никому Белкина. Как будет ликовать Наташкина мамаша, смакую новость и притворно печально качая головой, мол я это с самого начала знала. Как хмыкнет, якобы случайно услышавший от неё эту новость Гена — «Умер Трофим, да и хуй с ним!». Как Волчёк, будет бить себя в грудь копытом, на Васькиных поминках — «Мол братуха, спи спокойно, за меня пострадал! Но мы за тебя сполна возьмём!»