Электронная книга - «Таксист (СИ)». Краткое содержание книги:
Дан наскоро выпил растворимого кофе и сквозь морозный дымный город и вялую активность выходного дня помчал на другой конец города, на метро с пересадкой и на автобусе две остановки. Серый «хендай» стоял на обычном месте, но домофон издевательски молчал. Дан даже проскользнул в подъезд с какой-то местной жительницей. Но и стук непосредственно в квартиру Ника ничего не дал. Его нет дома. Но раз не на машине — значит, он недалеко! Данис подождал минут пятнадцать, примостившись на узеньком подоконнике. Но деятельная натура не позволяла просто так сидеть. Он решил дойти до «Перестройки».
Боковые двери были напрочь открыты. Дан было сунулся туда, но услышал мужские голоса и не успел спрятаться. Из открытой двери маленькой комнаты вышел пожилой мужчина, зыркнул на него и грозно окрикнул:
— Чего тебе тут надо? Шуруй отсюда!
Он ухватился за коробку и потащил её вглубь клуба. Дан понял, что секретная операция по вызволению телефона срывается, так как миновать открытую дверь, где, похоже, работники собирали мебель для раздевалки, не удастся… Да ещё и услышал, как мужик с коробкой крикнул кому-то:
— Эй, Татарин! Надо бы закрыть вход, ходят тут всякие!
Очевидно, господин Татаринов на объекте: нужно сваливать! И Данис устремился обратно, во дворы, ближе к дому Ника.
Суббота получалась беспонтовая. Три часа ожидания, бесцельного мотания по ближайшему торговому центру, безвкусный обед в вонючей кафешке, бессмысленное знакомство с собачницей Викой, которая выгуливала в Никином дворе сразу двух смешных чау-чау. Всякий раз в надежде, что он пропустил Ника, Данис подходил к домофону и убеждался, что тот всё ещё не пришёл. Как назло, ещё и мороз вдарил, на уличной скамейке просто так не посидишь, всю задницу можно отморозить. Да и перчаток с собой не взял, пальцы превратились в недвижные сосульки. Поэтому Дан, в конце концов, прямо-таки поселился на узком подоконнике.
Ник появился тогда, когда Данис совсем уже отчаялся и невообразимо жалел себя. Он бодро поднимался по лесенке и, когда увидел сутулую фигурку на фоне заиндевевшего окна, то не просто остановился, а бухнулся о невидимую стену, словно манекен в краш-тесте, и даже за лоб схватился «от удара».
— Дан? Ты чего тут?
— Умира-а-аю… — простонал в ответ Данис.
— А почему именно здесь?
— Потому что именно у тебя ключи от рая! — Дан спрыгнул с подоконника. — Блин, ты где ходишь-то? Я больше трёх часов тебя жду.
— Я работал.
— Не пизди! Машина твоя здесь!
— У меня ещё работа есть…
— Короче, веди меня в свой рай, грей, корми, холь и лелей! А ещё спасай меня от неминучей татарской смерти!
— Что это ты умирать собрался?
— Я телефон вчера потерял! И ключи от «Перестройки» у тебя остались. Мужикам же в понедельник их нужно Татаринову вернуть…
— А-а-а… Я-то думал, что серьёзное случилось…
— А серьёзней некуда! Если Татаринов найдёт мой телефон, то у него наверняка вопросы возникнут, как он там оказался. Да и вообще… жалко же айфонушку, сроднился я с ним.
— Не найдёт, мы заберём потом. Ключи же есть.
— Как бы не было поздно, он сегодня мебель монтировал. Если только в тот зал с шестом не заходил, то есть шанс…
— А ты откуда знаешь, что он там был?
— Сунулся туда и собственными глазами увидел!
— Татаринова?
— Ну типа того!
— И как он тебе?
— Ты меня домой-то к себе не пустишь, что ли? Я уж-ж-жасно замёрз!
— Пойдём…
В квартире Ника блаженное тепло! Данис припал к батарее и сидел, обнявшись с ней, долгое время, пока хозяин квартиры не стал его отлеплять силой, чтобы накормить несчастное замёрзшее создание. Ник успел нажарить пару сковородок яиц с хлебом и теперь сервировал стол — вернее, пол. Принёс электрочайник с кипятком, кружки и нарезанный лимон. Потом вытряхнул Даниса из куртки, отобрал у него шапку и «подал» к «столу». Тот же вместо яичницы схватил чайник и нежно обнял горячий корпус.
— Ешь давай! На кого я нажарил столько?
— Я не могу согреться… И ещё я переживаю за свой телефончик.
— Переживаешь так, что аж трясёт? Нечего переживать, я сейчас поем, схожу в «Перестройку» и найду его там.
— Они, наверное, ещё работают, надо попозже.
— А тебя трясёт не от температуры?
— Фик знает!
Никита протянул руку ко лбу любителя чайников. Так и есть — лоб горячий.
— Эх ты! Заболел ведь!
— Это я вчера полуголый за Селезнем выбежал из «Пираньи», да и сегодня… тебя ждал.
— Тоже полуголый?
— Ты меня сейчас лечить будешь!
— Сейчас пойду за твоим телефоном и в аптеку загляну.
— Что ты там купишь мне?
— Клизму, зелёнку, тест для беременных, беруши, зубную нить, антипохмелин, ну и, пожалуй, парацетамол.
— Всё бы нормально, только вот парацетамол зачем?
— На всякий случай!
За шутками-прибаутками Дан действительно ощутил, что простудился: изнутри жарило, из носа лилось, но ехать болеть домой он не хотел. Во-первых, ему было как-то надёжней с Ником. Во-вторых, он хотел с ним поговорить о вчерашнем и решил это сделать непременно сегодня. В-третьих, просто не хотел домой…
Никита доел «свою сковородку» яичницы с тостами, велел Дану выпить пару чашек чая с лимоном и отправился вызволять несчастный айфон. Болезный честно выдул одну чашку чая, улёгся на матрац, забрался под плед и стал ожидать спасателя телефонов. По спине и шее бегали распоясавшиеся температурные мурашки, кончики пальцев леденели, а в голове растекалась огненная лава. Навалилась болезненная дрёма.
Сколько он проспал — непонятно, но когда услышал звук ключа в двери, уже смеркалось. Зимой, конечно, темнеет рано, но Дан подумал, что всё равно Ник слишком долго искал его телефон. «Наверное, не нашёл… — лениво пробилась неприятная мысль, — искал, искал и не нашёл, поэтому и долго». Никита заглянул в комнату и почему-то отправился в ванную. Видимо, он решил, что его гость крепко спит, поэтому ничего ему не сказал. А потом он тоже не стал его тревожить, сразу пошёл на кухню. Данис услышал шум закипающей в чайнике воды, звук приветствия от всемирно известной операционки, запах сигареты и стук открытия форточки. Вставать было тяжело, окружающее его пространство казалось слишком зябким, а гнёздышко под пледом — таким уютным и тёплым. Но Данис совершил усилие, завернулся в плед и прошлёпал на кухню под слепящий свет из голошеей лампы, убого свесившей свою стеклянную головку прямо из неэстетичной дыры в потолке.
Ник сидел на полу. На кособокой табуретке стояла большая кружка с кофе, тут же жестяная крышка с банки — вместо пепельницы. На коленях открыт ноутбук, из которого текут проводки к массивным наушникам. Ник не услышал приход гостя. Да и не увидел, так как он склонился над экраном и что-то увлечённо набирал. У Дана была возможность рассмотреть его ещё раз и удивиться их отчаянному различию. Аристократ и работяга, «прынц татарский» и богатырь русский, «вирус» и «антивирус». Вдруг Данис заметил, что на правой руке, на костяшках кисти, ссадины, причём не застарелые, а новьё! До крови, кожа содрана. Гость решительно вошёл в кухню, и Ник поднял на него голову. Так и есть: слева разбита губа, из носа торчит ватный тампон, а справа вспухла бровь и поверх неё криво приклеен пластырь с бинтовой прокладочкой. Красавец!
Ник стянул с себя «уши»:
— Ну? Как чувствуешь себя, температурный?
— При чём тут я? Что у тебя за боевой раскрас?
— Ну-у-у… так получилось…
— Постой! Это ты в «Перестройке», что ли? На хозяев напоролся? — громко догадался Дан.
— Ну-у-у… В общем-то, да, — неуверенно ответил Ник.
— Охуеть! Зачем же ты полез, раз они ещё там были?