Я - Даго Повелитель [calibre 3.46.0]

Лестек ударил коня шпорами и въехал на высокий берег обширного древнего русла реки, называемой Вядуей, а с недавнего времени – Одрой. И тут же перед ним открылась глубокая котловина, поросшая травой, лозой и тростником, где было множество многочисленных водных окошек с голубым, вьющимся словно змея, течением многоводной реки, за которой, вон там, далеко, вздымались надвратные башни Любуша, главного града любушан. Желтоватое лицо Лестека даже покраснело от счастья. Всего лишь малый шаг через реку отделял его от принятия во владение всей Земли любушан, иногда называемых Вольными Людьми, поскольку, в течение веков не познали они ничьего над собой владычества. Но когда вступил на их землю он, Лестек, ему поддались без малейшего сопротивления, ибо помнили его отца, Даго Пестователя, который победил дракона по имени Щек.

Но не о своем отце думал, однако, Лестек, титулованный юдексом. Считал он, что это ему поклонились любушане, отдавая без боя град за градом, без сопротивления позволив дойти вплоть до Одры и обещая открыть перед ним свой главный град, Любуш, лежащий на другом берегу реки. Сейчас же Лестек был зол на самого себя, что столь долго готовился к этому походу, накопляя войска и телеги с вооружением, и что добрался сюда из Познании только с началом лета. И винил он не собственную трусость, но Палуку, который слишком поздно привел ему сои отряды, поскольку решил завоевать эту страну вместе с ним. Авданцу досталась слава великого победителя. Осенью он завоевал земли шлензан и Вроцлавию, становясь самым могучим из сыновей Пестователя. Завидующий чужой славе Лестек всю зиму переживал это, а весной выступил, чтобы захватить в свое владение страну любушан и уменьшить таким образом славу Авданца.

Через мгновение на крутом речном обрыве появился верхом Вшехслав Палука и одъехал к Лестку. А поскольку день уже катился к вечеру, и светящееся багрянцем солнце резко вырисовывало на фоне неба защитные валы Любуша и его высокие надвратные башни, Палука прикрыл глаза ладонью и долго глядел на второй берег реки. Там можно было видеть сотни людей, которые сбивали плоты, чтобы войска Лестка могли переправиться к граду. Точно так же и на правом берегу раздавался стук топоров, и валились на землю деревья, из которых воины тоже вязали плоты.