Я - Даго Повелитель [calibre 3.46.0]

Вольными людьми называли себя любушане, не знали они над собой ни князей, ни головных вождей, а каждый их – неважно, большой или маленький – град имел лишь своего старосту. Градом Любуш управлял староста Пакослав, который щедро платил народу волков за свою волю на левом берегу Вядуи, прозываемой уже еще и Одрой. Теперь он считал, что не будет уже платить дани волкам, ибо, как это всем делалось ведомым, могущественным владетелем был Пестователь, и было хорошо очутиться под его покровительством. Лестка и Палуку он считал сыновьями Пестователя и его посланниками, с радостью приветствовал их, приказал резать волов и баранов, выкатывать из подвалов бочки с пивом и сытным медом. Желательными к прибывшим оказались женщины и девки из града, ибо некоторым женщинам свойственно быть любопытными в отношении чужаков, потому с охотой они общались с прибывшими в своих постелях.

Целых двадцать дней, каждый вечер, устраивал Пакослав пиры в честь Лестка и Палуки,  осторожно уговаривая обоих сыновей Пестователя до наступления зимы ударить на живших рядом спревян, с которыми у него иногда бывали неприятности. Дело в том, что Пакослав мечтал завоевать их и растянуть власть любушан на богатые лугами и пастбищами земли соседей.

Спревяне не входили в могущественный и грозный Союз Велетов или Волков. В союз входили радары, доленжане, чрезпечане и еще хыжане. По образцу франкского бога в Радогощи почитали единого бога с четырьмя лицами, который должен был стать единым богом для всех, поскольку как раз в вере в одного бога волки усматривали силу франков. И действительно, помимо соседствующего с Союзом Волков Ободритским Союзом, среди склавинов на севере, между Вядуей и Альбис, не было большей силы. Это им за свою свободу платил серьезную дань Пакослав, староста града Любуш. Маджаку, которого волки вновь избрали своим великим вождем, он даже обещал в жены одну из своих двух дородных дочек.

 Малорослый и жирный Пакослав строил хитрые планы. Поначалу он намеревался подружиться с Маджаком и волками, раз уж и так платил им дань. Но потом подумал, что большую пользу обретет, если своим защитником и опекуном признает Пестователя или юдекса Лестка. Потому-то он и пригласил Лестка в Землю Любушан и в сам Любуш, ибо рассчитывал на то, что Пестователь или его юдекс, Лестек, должны будут назначить воеводу для недавно завоеванных земель. Ну а кто бы мог стать лучшим воеводой, чем дружественный Лестку староста Пакослав? Благодаря Лестку, Пакослав желал получить власть воеводы для всей Земли Любушан, но и получать громадную выгоду от торговли между Востоком и Западом. Ибо Любуш мог быть превосходным речным портом для переправы через Вядую купцам из Бренны (Бремена) и всего Запада, если бы лишь одна была на всей Земле Любушан, и ею не правили бы отдельные старосты, не способные обеспечить безопасность караванам с товарами. А разве не согласился бы Пестователь, чтобы дружески настроенный к нему Пакослав взял власть в свои руки и обеспечил полянам доходы от торговли, идущей через Любуш в Познанию и еще лальше, в Гнездо?