Дисперсия (СИ)

— Ты выживешь, что бы этот мудак с тобой не сделал, понял? — прошептав это в ухо парню, он прикрыл глаза и постарался прислушаться к тому звуку, который исходил из телефона. Послушался знакомый женский голос. Это была Ванесса. Дрейк напрягся всем телом. Она была рядом с ним, но как она там оказалась? Парень был в ярости на мать, на отца, на весь этот мир. Но, еще сильнее прикусив щеку изнутри, он с неохотой отпустил Нейтана. Нужно было действовать — он постепенно терял сознание, снова погружаясь в полуобморочное состояние.

Ванесса сама заявилась к Генри. Точнее, она ответила на звонок с городского телефона и, узнав по голосу Сатклиффа, решила договориться о встрече. Не позаботившись о собственной или чужой безопасности, она подумала, что не будет ничего страшного в том, чтобы пригласить его прямо в дом к Нейтану, ключи от которого ему на время одолжил Дрейк с большой неохотой. Генри уже знал адрес, по которому стал с недавних пор проживать тот. Она поверила словам Сатклиффа и решила, что терять уже нечего. Ванесса была уверена, что знает его лучше всех людей и сможет что-то со всем этим сделать. Но не знала, что именно.

Она не ожидала, что раньше времени домой вернется Нейтан, но Генри, кажется, рассчитал все возможные варианты. Ванессу не особо пугала перспектива быть убитой, она не верила, что тот, кто пошел ради нее когда-то в тюрьму, может совершить подобное с ней. Только ведь Генри именно за этим и вернулся в злосчастный город. Мстить он не торопился, растягивал все, да чтобы удовольствие от царящего ужаса в голове у женщины от осознания того, что за глупость она совершила, продлилось хотя бы на пару часов дольше. Ванесса сама вышла из дома в ужасе, но не убежала далеко — осознавала, что убежать от него не получится. Но зато можно решить проблему иначе. И это было уже третьей, как посчитал про себя Генри, ошибкой, которую она успела совершить, думая, что обведет вокруг пальца Сатклиффа.

— Знаешь, с тех пор ведь прошло двадцать лет. Но ты ведешь себя так же, — Генри был в приподнятом настроении, словно достиг всех прежде поставленных перед собой целей и добился абсолютного успеха. Разговор для него походил скорее на простую беседу, чем что-то более серьезное. Встреча давних знакомых, ни больше, ни меньше. Дрейк не видел всей картины, но в этот момент Генри стоял перед женщиной, которая держала в руках травматический пистолет сына, который успела «позаимствовать» несколько дней назад у него из комнаты.

— Такая же безответственная, глупая и, похоже, совести у тебя лишь поубавилось. Зато сколько жалости к себе и стремления жить полной жизнью, браво! Не забывай только, зачем я здесь.

— Тебе легко меня осуждать, потому что я убила человека. Но ты хуже.

— Конечно, я хуже. Я убил несколько человек, — после этих слов раздался еще один смешок, — но за мои преступления не сидел невиновный человек. По крайней мере, я никого не подставлял. Поэтому я могу и буду тебя осуждать, да. Гораздо тяжелее мне убедить тебя в том, что за каждый поступок ты должна нести ответ.

— Я потеряла мать! Ты убил её!

— Я убил её, а ты — бросила. У всех поступков есть последствия, и я — последствие твоей трусости и лжи.

— Хватит перекладывать на меня вину!

— Я не перекладываю, — Генри широко ухмыльнулся, встав с места, — это ты отказываешься принимать её. И себя. И свою судьбу. Но при этом сама притащилась ко мне.

— Верно, чтобы положить этому конец, — при этих словах Ванесса сняла пистолет с предохранителя.

— Так и знал, — Генри усмехнулся так, что руки Ванессы стали трястись сильнее, — пришла убить меня, украв оружие у сына, как умно. Ты всегда была такой глупой, — и покачал головой головой, — а я думал, что ты притоврялась. Или ты продолжаешь играть глупую жертву обстоятельства? Если так, то моё уважение, ты уже успела угробить жизнь матери, теперь же поднасрешь сыну и убежишь от последствий и ответа, правильно?

— Да что ты несёшь?! — Женщина пыталась успокоить дрожь в руках, но ничего не получалось.

Дрейк не особо внимательно вслушивался в разговор, который шёл на заднем фоне — он попытался оттащить Нейтана от барной стойки и уложить на спину. Аккуратно сделав это, он подложил под голову парня свою руку, приподнял его лицо за подбородок и уставился на него.

«Твою мать», — с этими мыслями он попытался приоткрыть его рот, зажал нос и принялся делать искусственное дыхание. Один раз, второй, пока, приподнявшись, чтобы посмотреть, есть ли прогресс, не заметил — дыхание восстановилось.

— Вы закончили выяснять свои отношения? — не отходя от лежащего на спине Нейтана, Дрейк раздражённо обратился к отцу с матерью на том конце трубки.

Его поставили перед выбором — либо узнать адрес того, где находится Ванесса, либо то, чем Генри отравил Нейтана и как ему можно помочь — в доме, по словам Сатклиффа, находилось «противоядие».

— Ну, сделал свой выбор?

— Да.

На том конце послушался сдавленный вопль Ванессы. Кажется, Генри перехватил пистолет из её рук и откинул его в сторону. В его руках было его собственное оружие, серьёзнее того, что принесла с собой мать Дрейка. И приставив его к виску женщины, он сжал второй рукой её горло, не сильно, лишь чтобы кое-как унять её. Она перестала предпринимать хоть какие-то попытки вырваться — Генри был гораздо сильнее её. Это был заведомо проигрышной затеей — даже пистолет ей не помог.