"К предательству таинственная страсть..." [calibre 1.39.0]

Вот каков был “красный комиссар”, чьи “прекрасные дочки”, с “бес­смертными матерями” были женщинами образца крымской Розалии Земляч­ки, или Евгении Бош, свирепствовавшей во время гражданской войны в Пен­зенской области, или знаменитой своей жестокостью следовательницы киев­ского ЧК по фамилии Ремовер, или Ревекки Пластининой-Майзель, жены ар­хангельского чекиста Кедрова и одновременно сотрудницы местного ЧК... Да много их было, этих фурий революции, не перечислить всех.

И с чего бы столь осторожный и даже робкий по натуре поэт прочёл гимн в их честь? Может быть, роковая тайна их семьи о том, что он является кров­ным племянником Розалии Землячки, выплеснулась в его стихах неожиданно для него самого? Такое бывает у талантливых поэтов.

В 1960-1980 годах никто об этой семейной тайне ничего не знал, разве что самые близкие родные люди из семьи Залкиндов. Можно было жить спо­койно. Но история страны в конце восьмидесятых стала меняться на глазах. Возникает страшное общество “Память”, по Москве ходят слухи о возможных еврейских погромах. Как гром среди ясного неба прогремело “дело Осташвили”. Какой-то сумасшедший антисемит в отместку за этого негодяя, убитого в тюрьме, ворвался в синагогу с ножом и ранил нескольких евреев... Если его отец всю жизнь со времён 1905 года помнил о шраме от удара казацкой на­гайки, то нет ничего удивительного в том, что память о тысячах убиенных в Крыму вернётся к их сыновьям и внукам. Что тогда станется с ним, с его дочкой Зоей, с его внучкой Аней? Неужели русский мир погружается в перво­бытный хаос и начинает жить по обычаю “око за око”?