История казни

Начиная с двадцать шестого мая, венчание откладывалось каждый день по причине якобы неготовности к свадьбе. Но на самом деле — помятуя о народной примете, что в мае нельзя играть свадьбу. Торопил, конечно, всех Иван Кобыло. Сев он закончил на славу: засеял овсом и пшеницей сорок пять гектаров; посадил огород; привёл в порядок всё своё хозяйство, решив после свадьбы начать совершенно новую жизнь, отличную от той, которую вёл. Как только они поженятся, сразу купят буланого жеребца отличной, превосходной породы, которого он уже присмотрел в Таре, дальнем городке. Кобыло называл первую близкую дату, и тут же Даша и Настасья Ивановна соглашались, видя его нетерпение. Но через день выяснялось, что ещё не всё готово, да и день не заказан в церкви, праздничные богослужения не позволяют. Наконец остановились на первом июне — этот день сразу с облегчением был принят всеми.

За день до свадьбы появилась в их селе повитуха Маруся, заявилась безо всякого предупреждения к ним, ласково поиграла с Петей, осторожно касаясь его руками. Узнав о предстоящем важном событии, она как-то особенно внимательно посмотрела на Дарью, радуясь её свадьбе. Вечером сидели за столом и пили чай со сливками за большим самоваром. Повитуха по привычке часто моргала глазками, то и дело крестилась, мелко-мелко, быстро-быстро, шепча про себя молитву. Даша подливала ей сливки из кувшина, подсовывала в баночке мёд, печёные пряники.

— У вас чёрный человек в доме сидел, своё дело нечистое делал, — сказала Маруся, опустив глаза и прислушиваясь к своим мыслям. У повитухи у самой была несчастливая судьба. Ещё в детстве она осталась одна, зарабатывая себе на пропитание попрошайничеством, ходила по сёлам с протянутой рукой, водила дружбу с подвыпившими парнями. Однажды забеременела, натерпелась ужасов и страхов при родах, когда у неё родился мёртвый ребёнок. Набравшись горького опыта, принялась усиленно молиться, ощутив всем своим сердцем, что иной жизни на этом свете нет, кроме божьей. За свою грешную жизнь она молилась днями и ночами, всячески бичуя себя, называя падшей, сравнивая себя с Марией Магдалиной, великой грешницей, которую тем не менее простил Господь. Впоследствии она занялась акушерством, присмирела, часто её посещали вещие сны, по наитию она могла сказать, где свершился великий грех, где убили человека, а в редкие дни, как утверждала и сама тому верила, общалась с ангелами. Иногда ночью, шепча молитвы и призывая силы небесные на помощь, обнаруживала в себе дар ясновидения. Тогда могла точно указать, где захоронен убитый человек. Её не любили, как человека, общавшегося с какими-то таинственными силами и могущего навлечь порчу, но уважали за общение с той же силой. Повитуху все знали, прибегая по нужде к её услугам, но по возможности старались её избегать. В её лёгкой походке виделось нечто птичье, та же плавность, сочетавшаяся со стремительностью.