Карьеристы [Роман, рассказы]

Сабалюс, опорожнив очередную рюмку и закусив колбасой, задвигался, стул его заскрипел, и он повернулся к Домантасу:

— Вы, кажется, интересуетесь вопросами экономики?

— До некоторой степени.

— Весь Каунас говорит о моей новой экономической организации. Разве не слышали?

— Я, знаете, в последнее время как-то несколько далек от общественной жизни, — словно оправдываясь, ответил Домантас.

— Все это блеф — моя новая организация. Ничего я не создаю. Выдумки. И, представьте, каждому толкую: мол, выдумка, — не верят. И треплют, и треплют языками. День ото дня все больше… Правда, я над книгой работаю. Пишу «Поиски путей хозяйственной жизни Литвы», но ведь это совсем другое дело.

— Господа! — прервал застольные разговоры хозяин. — Выпьем за наши планы!

— За успех!

— Ура!

— Здесь не побеседуешь, — вновь обратился к Домантасу его сосед, опорожнив очередную рюмку. — Будто нельзя без шума выпить… Если вы согласны после этой пирушки проводить меня до дома, я бы вам много интересного порассказал.

Кто-то затеял разговор о самолюбии. Рыжий «киноспец» заинтересовался и тут же включился:

— Может, и правда, что у наших людей слишком много гонора, но и без него нельзя! — После выпитых рюмок его тоненький голосок окреп, и он уже не казался таким стеснительным. — Вы знаете, я человек вежливый, но сегодня с одним редактором смертельно поругался.

— Этого только не хватало! Ну кто с тобой может всерьез поссориться? — с иронией отозвался экономист.

— Святая правда, не вру! Я человек вежливый, но требую, чтобы к моему имени относились с должным уважением! Представляете? Поместили в журнале мой снимок, но не подписали, что фотография сделана Асюклисом. Это уж недели две назад. Написал я редактору, вежливо так, и просил дать в следующем номере поправку. Вышел номер — и ничего! Ну, я — в редакцию. И опять вежливо: так, мол, и так. Редактор выслушал и брякнул: «Поправку? Мне такого нахальства еще не доводилось встречать!»

Стол грохнул хохотом.

— По уху бы ему за это!

— Конечно, следовало бы вздуть!

— Что вы! Упаси боже, чтобы я… Просто я заявил ему: порываю сотрудничество с вашим органом! И пока не получу особого приглашения, ноги моей у вас не будет. Встал и вышел.

— Я давно говорил: никакого толку из тебя не будет, — покачал головой хозяин. — Нету у тебя решительности…

— Своих целей я добиваюсь мягко, тактично, но упорно.

— Мы живем в эпоху крепких кулаков, так что такт и прочие нежности следует выбросить за борт!

Хозяин снял мембрану с пластинки и, чуть повысив голос, заговорил, обращаясь уже ко всем:

— Мы собирались посоветоваться сегодня об этой нашей книге. Если хотим, чтобы движение наше приобрело должное, так сказать, значение, то мы обязаны выпустить некое литовское подобие «Mein Kampf»!

— Одобряю, — пощипывая усики, отозвался землемер.