Две полоски для мажора

Я ошарашено чуть ли не подпрыгиваю на кровати.

— Мама? — не сдерживаю удивлённый возглас.

— Нам пропускать ее к вам?

Я настолько сбита с толку ее появлением, что даже не нахожу времени обдумать надо мне это или нет. Просто растерянно даю своё согласие. И не менее растерянно жду ее появления.

Я совершенно не помню, чтобы мы хоть как-то обговаривали нашу встречу. Особенно здесь, в стенах клиники. Все чем я ограничилась в общении с мамой - один короткий звонок без подробностей произошедшего. Всего несколько невыносимо тяжёлых фраз. И в ответ такое же невыносимое «я сожалею». А теперь ее решение заявиться ко мне прямо сюда, мягко говоря, обескураживает.

— Лика, девочка моя. Как ты? — мама ещё толком не переступила порог палаты, как уже посыпались причитания, и я оказываюсь сдавлена в материнских объятиях, едва успев привставать с кровати.

— Ты как здесь оказалась? — отлипаю от нее.

Осматриваю маму с головы до ног, будто бы это может быть не она. Но нет. Знакомое черное пальто, брюки и сочный зеленый шарф, подчеркивающий рыжий цвет волос, собранных на затылке.

— Доченька, — она словно и не слышит моего вопроса. Ее ладони ощупывают меня со всех сторон: руки, плечи, шея, голова, а взгляд, неожиданно обеспокоенный, бегает по моему лицу. — Бледная такая, худенькая... Я так переживала.

— Мам, ты какими судьбами? — повторяю вопрос уже твёрже.

— Я за тобой приехала, Лика.

Она проговаривает так легко, как будто это прописная истина. А меня коробит от фразы «за тобой».

— Спасибо, — выдавливаю из себя и усаживаюсь обратно на кровать, рядом с лежащей на ней собранной сумкой, — но Марк скоро должен приехать. Я думаю, что мне проще добраться домой с ним.

— Солнышко мое, давай поговорим, — расстегнув пальто и стянув шарф, мама отодвигает мои вещи, кладет на их место свою сумочку и садиться рядом.

— Извини, но не думаю, что сейчас удобный момент. Мы договорились с Марком, что...

— Об этом-то и разговор. Он не приедет. Поэтому я здесь, — твердо заявляет она.

— Это как? — та самая тревога внутри меня становится еще ощутимее. — С ним что-то случилось?

— Лика, ты же у меня уже девочка взрослая и сообразительная. И то что я тебе сейчас скажу. — мама вздыхает, уводя взгляд в сторону. — Марк сам попросил меня приехать сюда.

— Почему именно тебя?

— Потому что ты поедешь домой. К нам домой. Обратно.

Я хмыкаю, не сдержав смешок. Это шутка? Молчу на заявления мамы, потому что они какие-то дебильные. В ответ на мое молчание она лишь разводит руками:

— Доченька, ведь ты же понимаешь, что теперь вас ничего не связывает. Вас связывала лишь эта случайная беременность. Я понимаю, что тебе очень хотелось бы верить в другое, но.

— Он решил меня бросить. — шепчу я, и до конца все еще не верю в это. Внутри меня все сопротивляется.

— Это логично. Он богатенький мажор.

— Он был здесь все время со мной. Каждый день, мам.