Прощание с Литинститутом [litres]

– Этот негодяй оставил в подъезде и в нашей квартире много отпечатков пальцев, по которым его быстро вычислили. Как мне сказали, он, оказывается, уже засветился в полицейской базе и даже отсиживал срок в нашей тюрьме за терроризм. После отсидки его вместе с группой освобождённых боевиков переправили в Ливан, но он каким-то образом вернулся сюда и находился на нелегальном положении.

– Как же его вычислили, если он был на нелегальном положении? – интересуюсь я и даже пробую приподняться на подушках. – Почему сразу не задержали?

– Вопрос не ко мне… Хотя и это мне объяснили. Его засекли сразу после возвращения, но пока не арестовывали, потому что решили за ним понаблюдать. Может, его прислали сюда с каким-то заданием. Так оно, в конце концов, и оказалось. Вот он и явился за этими проклятыми камнями… Впрочем, об этом более подробно расскажут твои новые друзья…

– Ну, а ты где всё это время была?

– Меня он держал в каком-то грязном сарае в бедуинской деревне недалеко от города. Там меня и нашли, когда решили его брать. Правда, сам он уже пару дней там не появлялся…

– А его сообщники?

– Никаких сообщников у него не было. Он был один.

– Ты голодала, небось, бедная… – вздыхаю печально, и снова мои глаза на мокром месте. Совсем себя не узнаю – в какого-то сентиментального слизняка превратился! – Эх, мне бы он в тот момент попался! Я бы ему горло перегрыз…

– Ну да, из тебя грызун – ещё тот! – невольно усмехается она, отворачиваясь. – Да мне тогда и в рот ничего не лезло – какая уж там еда…

А потом мы говорим, бесконечно говорим обо всём подряд, и я всё никак не могу замолчать, словно боюсь опять погрузиться в беспамятство, в котором уже побывал.

Вечером ко мне является коротышка. Видно, ему позвонили из больницы и сообщили, что я пришёл в себя и могу худо-бедно общаться с посетителями.

– Ну, привет! – жизнерадостно трубит он, садится на край кровати и даже похлопывает меня по руке. – Вижу, что ты уже герой хоть куда! Вовремя тебя подхватили и довезли до медицинского центра, а то не дай бог… Хорошо, что специалисты, которые пытались спасти твоего старика-ювелира, были на месте и успели ввести противоядие. И то – вон сколько времени ты был на грани…

– Сколько? – поднимаю на него глаза. – Даже поинтересоваться у меня времени не было…

– Почти неделя.

– Это столько времени я здесь лежу?! Ничего себе…

– Сколько надо, столько и пролежишь. Лишь бы всё закончилось без осложнений… А ведь этот поганый «новичок», как говорят врачи, всегда оставляет какие-то последствия. Но у тебя, надеюсь, всё будет прекрасно – срок-то короткий прошёл между тем, как он попал в тебя, и моментом, когда тебе начали вводить анидот…

– Всё, не хочу больше слушать про эту жуть! – мотаю головой и отворачиваюсь. – А то хоть в петлю лезь после твоих слов… Кстати, что с этими ампулами? Где они сейчас?

Мой собеседник хмурится и стискивает зубы:

– К сожалению, этому негодяю удалось уйти и прихватить с собой мешочек, который ты так услужливо выложил перед ним.