Ветроум. Странное, страшное, смешное в повседневной жизни русской провинции XVIII – начала XX века [litres]
- Автор: Коршунков Владимир Анатольевич
- Язык: русский
- Год: Неолит ООО
- ISBN: 978-5-6046372-1-0
- Жанр: История
Электронная книга - «Ветроум. Странное, страшное, смешное в повседневной жизни русской провинции XVIII – начала XX века [litres]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
В статьях «Нарезка» и «Резьба» Васнецов компетентно и заинтересованно высказывается о разновидностях и об особенностях домовой резьбы. У него в словаре вообще много о домостроительстве и народной архитектуре. Очевидно, что в этом – собственный его интерес, личные пристрастия.
В словаре много разнообразных материалов и наблюдений о крестьянской работе на земле, землеустройстве, общинных порядках. А ещё немало о мельничном деле, есть кое-что о ямщицкой работе. Запечатлелись в словаре традиционные приёмы рыболовства. Как и в случае с хорошо знакомым ему пчеловодством, такие аспекты народной жизни подаются с пространными пояснениями и наблюдениями. Во всём виден умный взгляд связанного с деревней интеллигента.
Вот пример заинтересованного отношения к реалиям деревенской жизни. Статья «Облегчить» – о коновалах, и там сказано: они «играют значительную роль и могут быть очень полезными, если бы к их практике присоединялись ещё известные знания по ветеринарному искусству». И примечание: «Весьма бы полезно изыскать средства и пути к подготовлению знающих коновалов, а то теперь весьма часто коновалы злоупотребляют, пользуясь доверчивостью и предрассудками крестьян». Васнецов внимателен к народному быту, он болеет душою за крестьян и критически настроен к разного рода «шарлатанству» и «предрассудкам».
Ещё Васнецов ценит труд. Из сдержанного, но вполне определённого комментария при статье «Проходимец» заметно его отношение к бездельникам-попрошайкам (см. выше). На той же странице – статья «Прощелыга», о таком, кто живёт «на счёт других пронырством, попрошайством, надувательством». Вроде бы уже всё ясно. Но Васнецов дописывает, пригвождая: «Труд для такого лица не существует».
А вот статья о существительном «косная» (это лодка для катания, а также песня «косных гребцов»). И впечатление от таких песен: «Косные песни с элементом разбойничьим. В них и удаль, и отчаяние, и грусть. Так и веет от них широкою рекою». Следом – статья о существительном «косной» (наёмный песенник-гребец) и пространное описание щеголеватых костюмов этих наших гондольеров, а ещё суждение: «Замечателен напев: поют носовыми и горловыми тонами. Это напоминает древний чисто-русский напев, удерживаемый у раскольников. В общем, пение косных приятно и своеобразно. Оно совершенно отлично от пения солдат и от пения артельных песенников, т. е. песенников плотничьих, каменщичьих и проч[их] артелей».
Похоже, что иногда в толкованиях народных речений Васнецов подпускает толику юмора. Поясняя слово «балентряс», он пишет: «краснобай, побасенщик» – и добавляет: «Отчасти это деревенский бон-виван». Кажется, улыбка проглядывает и в толковании слова «полудурье». Васнецов уверяет, что это «придурай». Забавно бывает видеть на страницах словаря столкновение народной речи с тогдашним литературным языком. Вот, скажем, глагол «чмокать (чмокнуть)». Для приличной публики Васнецов переводит: «Лобызать кого».
Народный быт, верования, обряды и обычаи
Многочисленны, обстоятельны у Васнецова статьи, в которых объясняются слова и выражения, отражающие народный быт и неразрывно связанные с ним верования, обряды, обычаи. У него чуть ли не целиком, в деталях и терминах, описан свадебный обряд, разве что отдельными, разбросанными по словарю статьями. Но если собрать их воедино, то получится заготовка для этнолингвистического словаря старинной вятской свадьбы. В статье «Бешеные» сказано, что «бешеных» иначе называли «гагайками» (см. статьи «Гагайкать», «Гагайки») и это участники свадебного обряда: «В некоторых местностях на юге Вятской губернии есть один свадебный обычай, насколько, с одной стороны, оригинальный, настолько, с другой – безобразный. На другой день брака свахи и сватьи наряжаются черемисками, цыганками и пр.; берут сорочку невесты и полупьяные с песнями, пляскою, дикими прыжками, неистовыми движениями отправляются с нею к родителям невесты, если, конечно, они в той же деревне или смежно. Женщинам сопутствуют некоторые поезжане (участники обряда, разъезжавшие на повозках в свадебном поезде. – В.К.), тоже пьяные. Это-то вот и есть все бешеные. Дорогой каждый творит своё, кто во что горазд. Случается, что бешеные издеваются и над встречными. Приходят бешеные к родителям невесты и пред ними развёртывают сорочку, чтобы засвидетельствовать невинность невесты. Бешеные возвращаются обратно в дом молодого ещё с большими безобразиями, уснастившись на готовый хмель у свата».