Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

– Неважно. Расскажите, что именно вы запомнили.

Главное я запомнила. Она говорила, что раскрыла очень необычное преступление. Много болтала насчет того, что человеку в голову приходят самые неожиданные и остроумные мысли, до которых другой ни в жизнь не додумается. А она сообразила, в чем тут дело. По ее словам — учтите, эти ее слова я действительно хорошо запомнила, — преступление стало возможным благодаря сочетанию примитивного любопытства с новейшими достижениями техники. Помнится, я даже немного заинтересовалась. Ох, как она радовалась своему открытию, весь вечер только о нем и говорила, ну да вам это вряд ли будет интересно…

– Ничего, времени у нас достаточно. Я охотно послушаю.

Разговор происходил в квартире покойной. Женщина по-хозяйски огляделась, словно находилась в собственном доме, и, не задумываясь, шагнула к бару, привычно достала из него коньяк, минеральную воду и бокалы, расставила все это на столике. Видимо, ей часто приходилось здесь хозяйничать, действовала она уверенно.

Инспектор не возражал против нежданного угощения.

– Итак, у вас с покойной госпожой ван Эйк было много общих знакомых, — неторопливо смакуя коньяк, заговорил он. — Не обязательно друзей, я говорю о людях, с которыми вам обеим приходилось иметь дело или даже просто слышать о них друг от дружки. Очень прошу вас отказаться на время от присущей вам сдержанности. Я понимаю, вас удерживает опасение невольно оскорбить подругу. И я очень ценю подобную тактичность. Но подумайте, ведь не исключено, что один из тех людей, с которыми у вашей покойной подруги были какие-то отношения, пусть даже и интимные, может быть ее убийцей! Клянусь вам — невиновные не пострадают и никто, кроме меня, не узнает о том, что вы мне доверите. А ведь зачастую бывает, что преступником оказывается именно хорошо знакомый человек. Так что решайте — хотите ли вы помочь нам найти убийцу или предпочтете, из ложно понятой женской солидарности, оставить его на свободе?

Миссис Паркер залпом проглотила коньяк, помолчала и ответила:

– Я хочу, чтобы преступник был найден. Я хочу, чтобы он был наказан. И верю, что все, рассказанное мной, останется между нами. А если вы… если вы разболтаете, я вас привлеку к суду и устрою такое судебное разбирательство, какого еще свет не видывал. А теперь спрашивайте.

Инспектор Рейкееваген набрал полную грудь воздуха и ринулся в личную жизнь погибшей. И как подруга жертвы ни старалась скрыть истинное положение вещей, ей пришлось признать, что покойная была охоча до мужчин. А они до нее нет. Сотрудничали с ней охотно, дружили тоже, а вот когда дело касалось секса, как правило, проявляли непонятную сдержанность, хотя Нелтье была женщиной хоть куда, пусть и не первой молодости. Но даже сотрудничество и дружба… как бы поточнее выразиться? Не до конца Нелтье была откровенна со своими друзьями, проявляла излишнюю осторожность и щепетильность, которая могла с ума свести. Никогда не позволяла никаких махинаций, даже самых безобидных, — ни себе, ни окружению. Кто-то из мужчин даже сказал, что «Нелтье до омерзения законопослушна», что она одержима «бесчеловечной честностью». При этом она была дьявольски умна, прекрасно образована, очень энергична и вечно стремилась всех вывести на чистую воду. Некоторые из знакомых утверждали, что именно амбиции отпугивали от нее мужчин, а не ее поразительная честность. Дескать, она умеет делать то, на что никто больше не способен, вот и пусть трепещут, пусть ползают перед ней на коленях, умоляют, притворяются влюбленными, иначе…