Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

– Как хорошо, что мы с вами, пан Роберт, можем себе позволить беседовать в какой-то степени частным образом…

– Сама пани много раз повторяла, что полицейский — тоже человек.

– В глубине души. Но совсем другое дело — снаружи. Что же касается Эвы, то я, кажется, догадалась, почему вы вдруг решили, что она проживает у моей Мартуси в Кракове. В дни Эвиной молодости на том месте не было никаких домов, обычная городская окраина, поля, луга, изредка халупки, и в этой хатенке мог проживать любой Эвин родственник, подруга, вообще кто угодно. А раз тут у нее такой роман наклюнулся… раз мужа надо с толку сбить, то она и сообщила несуществующий польский адрес. Муж мог разыскивать ее до посинения. А моя Мартуся чиста как слеза младенца.

– Как слеза, — повторил Гурский, явно думая о другом. — Провалиться мне на этом месте… пусть меня корова на мороженое пригласит, если пани действительно не единственный человек, который собственными глазами видел предполагаемого убийцу на стоянке в Зволле.

Корова малость сбила меня с толку. Проклятое воображение! Я так и видела ее на зеленом лугу у маленького столика с мороженым, как эта холера с ужимками пытается изящно присесть и грациозно обмахивается хвостом. С некоторым усилием отделавшись от. коровы, я без особого интереса спросила:

– Ну и что?

– А то, что на его месте я бы пани прикончил. Если на него не выйдут в ближайшее время, пани окажется в очень опасном положении.

Я заинтересовалась:

– А могут выйти?

– А леший ведает. Но я постараюсь узнать. Пока я не во всем уверен, скорее просто догадываюсь, слишком мало доказательств, но думается мне, там имеет место некий финансовый зигзаг…

– Мафия?

– Как раз нет…

Тут Гурский глянул на диктофон и махнул рукой:

– А, бог с ним, в случае чего сотру. Нет, не мафия. Один человек. Правда, я не исключаю наличия сообщника, даже двух или трех. Чтобы было кем жертвовать. Покойницу первую пристукнули.

– Тогда остальные должны встревожиться?

– Повторяю, это пока лишь мои домыслы… А волноваться им незачем, они согласовали между собой, что надо пустить ее в расход, может, излишне язык распускала. А может, денежки зажала и выдвигала условия… Как мне представляется, в деле крутятся миллионы евро. И только пани видела того типа и опознает в случае чего. Теперь понимаете?

Я разозлилась.

– Попрошу не запугивать! Откуда он узнает, что я — это я? Каким образом выйдет на меня? Он что, следил за мной? До куда? До Алиции? Нет, милый, когда утром я уезжала из гостиницы, рядом никого не было. По автостраде я ношусь быстро, терпеть не могу, если кто-то висит на хвосте. И вообще всякий сопровождающий бросается в глаза. А польские дороги? Ха-ха-ха! Представляю я этого несчастного иностранца на польских дорогах! Мы, поляки, знаем наизусть каждую яму, каждый ухаб, научились ездить по нашим теркам и даже ухитряемся развивать приличную скорость, оставаясь при этом в живых. Сама диву даюсь, как не бьются наши машины на каждом километре.